— Фабио, это всё, что вы нашли? — спрашиваю, приподнимая взгляд, отчего смотрю на мужчину снизу вверх.

Мужчина остаётся сдержанным, только коротко кивает утвердительно головой.

— Почему тебя так заинтересовала эта реликвия, дитя? — мягко спрашивает, но в глубине глаз улавливаю настороженность.

— Один мой знакомый нашёл очень похожее кольцо на каком-то аукционе, и также, как и вы, поведал что-то о проклятье и о том, что завладев этой реликвией, по легенде, можно обрести власть и богатства, — безбожно вру, не пошевелив и бровью. — Я скептик, в проклятья не верю, тем более в то, что какая-то вещь может сделать человека баснословно богатым. В моих интересах развенчать эти слухи и доказать всем, что кольцо подделка.

Мужчина молчит какое-то время, затем понимающе кивает, отходит куда-то в сторону, вскоре возвращаясь с обычным листом форматом А4, и протягивает мне.

Вижу изображение кольца, кем-то нарисованным от руки, причём с разных ракурсов. Вчитываюсь в текст с каким-то уточнениями, и перевожу вопросительный взгляд на Фабио.

— Это копия тех рисунков, что мне удалось найти. Вот здесь, — указывает пальцем на золотой ободок, практически рядом с камнем. — Должна быть выгравирована греческая буква «А», символизирующая «Альфу», а вот здесь, — указывает на другой рисунок. — Буква, символизирующая «Омегу». Кто-то считает эти две буквы наименованием Бога по книге Откровения Иоанна Богослова, символами Бога, как начала и конца всего сущего.

Удивлённо внимательно вглядываюсь в изображения, затем вновь смотрю на мужчину.

— Если ты найдёшь эти символы, то кольцо — подлинное. И надеюсь, что ты сообщишь мне об этом, дитя, — ровно произносит, сжимая в руке увесистый золотой крест.

— Сомневаюсь, что кольцо имеет какую-либо ценность, — только в тон произношу. — А, возможно ли, что кто-то владеет этими знаниями, и мог просто создать точную копию?

— Различия обязательно будут. И, исходя из описаний, ты обязательно почувствуешь нечто потустороннее от реликвии, то, что тебя может насторожить. Но сохраняй ум в трезвости, не подавайся эмоциям. Помни, молитва — способна защитить от тьмы.

Меня так и тянет скривит губы в горькой улыбке и следом рассмеяться, но только покорно опускаю голову на пару секунд, тем самым высказывая своё глубокое уважение к мужчине.

Я покидаю базилику Святого Петра через потайной вход, который мне указывает Фабио. Оказываясь в своей машине, отъезжаю в другой переулок. Достаю из кармана брюк кольцо, приближая близко к глазам и усиливая зрение. Бросаю взгляд на рисунок на листе, данный мне одним из служителей нынешнего Папы Римского, и…

— Надо же, и правда, подлинное, — криво усмехаюсь.

Сжимаю ладонь, которую тут же словно обжигает. В сознание успевает просочиться чувство агонии и безумия, но нахожу в себе силы избавиться от этих ощущений.

— Молитва — способ защититься от тьмы, — язвлю вслух, передразнивая слова Фабио. — А, что делать, если я и есть сама тьма? — устало выдыхаю, прикрывая глаза и откидываясь на спинку сидения.

Выныриваю из воспоминаний, распахивая глаза и жадно заглатывая свежий воздух, проникающий в открытое настежь окно. Оглядываюсь по сторонам, отмечая, что нахожусь в доме Леванта, и я — это…я. Демон, сидя напротив, выглядит крайне напряжённым, вижу по охристым глазам, что упускаю нечто важное…

— Что произошло? — рвано интересуюсь.

— Твоё сознание отключилось на десять часов, Кира, — мрачно заявляет, и я напрягаюсь.

Бросаю вновь взгляд в окно, только сейчас замечая яркий восход солнца, а мы садились «медитировать» вечером.

— Это возможно? — требую ответа у мужчины.

— В некоторых случаях, но явно не с первого раза. Ты вовсе неподготовлена, и твои чувства играли против тебя. Поэтому я…удивлён.

«Что ж, не один ты», — поражаюсь про себя.

— Так или иначе, а я узнала, зачем Мира летала в Ватикан, — уверенно выдыхаю, начиная пересказывать всё увиденное Леванту…

Внимательно выслушав меня и ни разу не перебив, Герцог Ада откидывается на спинку кресла, задумчиво потирая подбородок и поглядывая на недействующий лепной камин. Я успеваю сходить на кухню и выпить стакан воды, после чего возвращаюсь, присаживаясь напротив мужчины, но тот подозрительно молчалив.

— Значит, у Миры где-то есть эти рисунки кольца, — в итоге медленно произносит, переводя на меня взгляд.

— В них нет смысла. Кольцо подлинное — это понятно и так. Вопрос в другом. Как оно попало к сестре?

Демон вновь задумчиво глядит куда-то вбок, а я пытаюсь вспомнить какие-либо упоминания о древней реликвии в записях Миры на компьютере. И…ничего.

— Говоришь, коснувшись кольца, увидела какую-то девушку на горе трупов? — задумчиво произнёс мужчина, потирая кончик носа.

— Да. И меня накрыло ощущение безграничного превосходства, власти и…жажды.

— Я попробую отыскать что-нибудь о ней.