— А если больше нападений не будет, или будут не скоро? — подал голос ещё один из родственников. Какой-то толстяк неимоверных размеров, то и дело вытирающий платком пот со лба, — Мы же не будем до конца жизни так сидеть? И нужно отправить дополнительную охрану в больницу. Там мой сын, он единственный пострадал из детей, а целители пока не разрешают забрать его оттуда. Говорят, мозг пострадал, и быстро поставить на ноги его не выйдет… Бедный мой мальчик… Надеюсь, мы найдём тех, кто стоит за этим нападением, и я самолично кожу сдеру с них!

— Не переживай, Семён, мы их найдём, — ободряюще кивнул ему отец, — Это я тебе обещаю! И, конечно, охрана больницы будет усилена. Можешь даже не сомневаться в этом. Что касается сроков… Пока на ближайшие две недели объявляю высшую степень угрозы, а далее поглядим. За это время развернём разведывательную сеть вокруг города, которая возьмёт под контроль все подступы к нему, и тогда можно будет немного расслабиться.

— Отлично, — выдохнул толстяк, — Вот только тебе не кажется, что есть более простой способ вывести детей из-под удара?

— Это какой же? — удивился отец, и переглянулся с безопасником.

— Если дети действительно попадут под амнистию, то логичнее вывезти их в столицу, — охотно пояснил тот, — Там их тронуть не рискнут. Никто не захочет вызвать на себя гнев императора. Да ты и сам знаешь, как там сейчас жестко выстроена система безопасности города. Там даже прорывы, когда случаются, ликвидируются буквально за полчаса. Самые непримиримые рода не рискуют устраивать битвы и выяснения отношений там, так как император с такими не церемонится.

— Да, это вариант, — задумчиво согласился с ним отец, — Тем более, что я и сам хотел как можно скорее сыновей туда отправить. Правда, дочек я думал дома оставить, но, похоже, придётся и их туда отправлять. Охрану только нужно будет получше подобрать, и кого-нибудь, кто за ними там присмотрит. Там, конечно, их тётка будет, но на неё надежды мало. Решено. Вы двое, — глянул он на моих братьев, — Выезжаете сразу, как только нам доведут информацию об амнистии. К этому моменту вы должны быть полностью готовы. Приедете туда, купите дом и подготовите его к приезду младших. Если, конечно, император не решит не вернуть нам один из наших дворцов. Остальные пусть доучиваются до нового года, тут недолго осталось, и уже после праздников поедут. Всем всё ясно? — обвёл он всех присутствующих строгим взглядом, остановив его на мне.

— Нет, мне не ясно, — спокойно выдержал я его, — Напоминаю, что официально я ещё не член рода, и даже если вернусь, то не согласен просто взять и бросить свою опекуншу. Без неё и Ники я никуда не поеду. Да и там хотел бы иметь отдельное жильё.

— Я так и думал, — кивнул он, и неожиданно подмигнул мне весело, — Можешь не переживать. Вместе поедете. Я уже предварительно договорился, что твоих подруг переведут в московский филиал. Но если они будут против — сам будешь уговаривать. И если всё же не согласятся, ерепениться не будешь, и беспрекословно поедешь один! Согласен?

— Хорошо, — не стал спорить я.

— Тогда на этом предлагаю закончить наше совещание. Всеволод Дмитриевич, задержись, остальные могут быть свободны.

— Отец, — подал голос я, когда остальные уже начали вставать из-за стола, — А тебе не показалось, что наш противник явно поторопился с нападением, как будто пытаясь успеть решить вопрос до того, как будет официально объявлено о нашей частичной амнистии?

— Поясни? — с любопытством глянул на меня отец, остальные замерли на местах, не торопясь расходиться.

— Ну, смотри, — взлохматил я у себя волосы на голове, пытаясь собраться с мыслями, — Мы сами только недавно узнали о том, что скоро император объявит о ней. Официального решения ещё нет, но кто-то сразу же поспешил вывести нас из игры. Как будто бы пытаясь сделать это до того, как император объявит об этом. Что ему мешало сделать это тогда, когда это всё будет официально подтверждено? Получше подготовиться, собраться с силами. К чему такая спешка? Возникает такое чувство, что он не хочет рисковать, так как после объявления воли императора он не сможет против нас ничего предпринять. И тогда получается, что как только нам доведут официально информацию об амнистии, он будет вынужден прекратить войну. Как думаешь?

— Да, это не лишено смысла, — чуть подумав, кивнул мне отец, — Очень похоже на правду. Воевать с нами, когда император нас простит, это всё равно что пойти против воли самого императора. Одно дело уничтожить изгоев, и совсем другое, один из самых старых родов, которому разрешили вернуться ко двору, пусть и не в полном составе. Но принципиально это для нас ничего не меняет. Нужно быть готовыми к возможному нападению, и даже после доведения воли императора расслабляться будет нельзя. Впрочем, я рад, что ты учишься логически мыслить. Твоим братьям уже есть чему поучиться у тебя. Особенно, Сергею. Если Дмитрий хотя бы пытается думать периодически, то у этого вообще ветер в голове.