— Когда я нахожусь в клетке, наступает момент, когда мой противник осознает ошибку, которую он совершил, не только на ринге, но даже согласившись вообще выйти на него. Он знает, что проиграет. Знает, что его жизнь подходит к концу. Это вызывает у меня дикие, безумные эмоции. Мне это нравится. Я чувствую их страх. Мне нравится происходящая в них перемена, покорность, прежде чем они обманывают себя, думая, что у них может быть шанс, если они будут бороться немного упорнее. Они пытаются, но их разум потерян из-за страха, они сдаются. Для меня.

— Ты чувствуешь себя сильным, живым, — тихо отвечает она.

— Да, принцесса.

— Так ты на самом деле не хочешь, чтобы я убегала?

— И да, и нет. Я бы предпочел, чтобы ты бежала ко мне, а не прочь, но если ты убежишь, тогда у меня будет причина наказать тебя. Я буду наблюдать, как ты подчиняешься, становишься послушной. Буду владеть твоим страхом. С тобой я почувствую себя живым.

Кивнув, она расстегивает ремень безопасности и забирается на меня верхом. Мои глаза вспыхивают от удивления. Она обхватывает мое лицо руками и крепко целует.

— Что, если ты потеряешь контроль? — шепчет она мне в губы.

— Молочный коктейль, — хрипло произношу я.

Дверь со щелчком открывается, и холодный зимний бостонский воздух заставляет ее дрожать у меня на коленях. Я все еще пристегнут к своему сиденью. Она осторожно выходит за дверь и смотрит на меня, ее зрачки расширены от страха.

Черт.

Она захлопывает дверь и бросается в бег. Короткие ноги с силой отталкиваются от земли, устремляясь к густой лесной полосе. Я считаю до десяти, наблюдая, как она удаляется от меня, и мое тело пульсирует от желания схватить ее и притянуть к себе. То, что она выжила на улице — чудо.

Я отстегиваю ремень, захлопываю дверь и слышу вдалеке ее визг. От этого член пульсирует. Я вижу, как она сворачивает вправо, поэтому бросаюсь за ней. Мои широкие шаги сокращают расстояние в два раза быстрее.

Темно, луна высоко, а облака тяжелые, так что моим глазам требуется некоторое время, чтобы привыкнуть, когда я достигаю густой линии деревьев. Она маленькая, но шумная, и я резко оборачиваюсь, когда слышу хруст ветки.

— Надеюсь, тебе нравится вкус грязи, принцесса! — кричу я. — Твое хорошенькое личико будет покрыто ее, когда найду тебя. Здесь также много больших камней, на которые можно упасть.

Хрустит еще одна ветка, и я бросаюсь в том направлении. Влажная грязь и гниющие листья прилипают к моим ботинкам, когда перепрыгиваю через поваленное дерево и спускаюсь к ручью, протекающему через этот лес.

Мое сердце бешено колотится, тело напрягается от желания. Тихий шум воды пульсирует электричеством по моим нервам.

Вижу вспышку розового впереди, когда изо всех сил бегу к большому дубу. Я ухмыляюсь в темноту и оглядываюсь, ожидая снова увидеть свою маленькую воровку. Она слишком напугана, чтобы пошевелиться, а это значит, что я близко.

Успокаиваю дыхание, потому что мое сердце сбивается с ритма и стучит в ушах. Закрыв глаза, я прислушиваюсь к ней. Слабый шорох впереди, у небольшой группы деревьев, заставляет мои глаза сузиться, чтобы сфокусироваться в темноте.

— Тебе бы этого хотелось, Айви Адамс? Ты бы склонилась над камнем, чтобы я отшлепал эту непослушную маленькую попку, пока трахал бы своим большим членом, — замечаю розовые волосы, развевающиеся на ветру, и ухмыляюсь.

Пригнувшись, жду, когда Лев пройдет мимо меня, но вместо этого он тихо движется в моем направлении, его шаги мягки, как воздух, когда он приближается. Даже мертвые листья внизу, кажется, подчиняются ему и замолкают. Его насмешка разносится по лесу, раскачивается в ветвях и вызывает дрожь возбужденного страха, пробегающую по мне.

Бедра сжимаются, и я подавляю всхлип, когда он подходит ближе. Мне нужно передохнуть.

Вскакивая, я убегаю, мои ноги горят подо мной, а он смеется, темный сексуальный рокот преследует в тошнотворной мелодичности.

— Мне действительно понравится наказывать тебя, Айви, — его голос полон восторга, не радостного порыва, а чего-то зловещего.

Мне следовало остаться в машине.

Я увидела вспышку животного возбуждения, когда вышла из машины. Этого было достаточно, чтобы захлопнула дверь и в шоке умчалась прочь.

Я взволнована, но в то же время боюсь, что, когда он все-таки доберется до меня, то не смогу принять наказание.

Спотыкаюсь о камни и упавшие ветки. Из-за мокрой земли бежать становится труднее, мои кроссовки становятся тяжелее от грязи. Я ныряю под ветку, и она сразу же ломается. Вскрикиваю, понимая, насколько Лев близко.