Дан от удивления даже жевать перестал.

— В каком месте? — выразил его мысли Еджун. — Менее похожих людей еще поискать нужно.

— Да не внешне же! — возмутился Никко. — То, что вы делаете: оба успешные айдолы, оба являетесь центром своих групп, оба пишете песни, оба продюсируете, и модой тоже оба интересуетесь.

Дан удивленно хмыкнул: ну, с такой позиции…

— Звучит похоже, но и отличий слишком много, — заметил он. — У нас отличаются и личный стиль, и стиль наших групп, и методы работы…

— И категоричность суждений, — подсказал Еджун.

— С последним можно поспорить, — сказал Никко. — Даниэлю двадцать лет, ты тоже в это время казался хорошим мальчиком.

— Я? — удивился Еджун. — Меня в употреблении веществ, кажется, впервые обвинили в девятнадцать…

Дан не смог сдержать смех, просто Еджун так забавно возмутился при упоминании «хорошего мальчика», как будто его этой характеристикой смертельно оскорбили.

— Айгу-у! Я про высказывания! — возмутился теперь уже Никко. — Ты в свои двадцать всю индустрию в отсутствии таланта не обвинял!

— Эй! В мои двадцать и проблемы не было!

Дан снова тихо засмеялся. Чувствовалось, что эти двое действительно часто общаются. Так препираться могут только хорошо знакомые люди. Впрочем, спорить они закончили быстро и вернулись к разговорам.

— Я хотел сказать, что вы делаете одно и то же. Вы оба… ну, стали причиной популярности к-поп. Просто в разное время. Вы, можно сказать, проложили путь для корейских артистов. Что скажешь, Даниэль?

Дан неуверенно пожал плечами, а Еджун на время даже оставил свое блюдо, внимательно рассматривая Дана. У него необычный цвет глаз — они очень светлые, практически рыжие, из-за чего взгляд кажется немного… птичьим.

— Честно говоря, — начал Дан, — я не очень люблю фразу «Проложили путь». Не в том смысле, что я отрицаю вклад в развитие музыки каких-то определенных групп, или даже свой собственный вклад, просто… Это ведь не асфальтированная дорога от города до города. Это — путь развития, а он бесконечен… Nanos gigantum humeris insidentes.

— Я стою на плечах гигантов, — перевел Еджун с латинского.

— Это ты с латыни перевел? — удивился Никко. — Вы решили меня выставить дураком? Латынь они знают…

— Не всю латынь, только некоторые фразы, — пояснил Еджун.

— Это означает, что я, моя группа, вообще всё, что сейчас делает Person — все это базируется на достижениях прошлых поколений. А они формировали общие принципы к-поп, исходя из совмещения американской и японской музыкальной индустрии, взяв все самое лучшее из обеих структур. Кто-то в будущем будет использовать наши стратегии, чтобы добиться еще больших результатов. Мы не проложили путь, мы сделали вклад в бесконечное развитие индустрии. Надеюсь, что бесконечное.

Еджун молча поднял свой бокал, предлагая выпить за это. После сам же и подлил еще немного виски в бокалы.

Они еще немного поговорили, обсуждая индустрию в целом. Дан вынужденно согласился с тем, что раньше в корейской музыке было больше экспериментов и больше свободы. Айдолы второго поколения влипали в скандалы с завидной регулярностью, новости об отношениях появлялись постоянно, некоторые даже свадьбы играли, не уходя из группы. Обязанность хранить верность поклонникам появилась уже в третьем поколении, когда агентства поняли, что свободные от отношений артисты приносят больше дохода.

— Как вы думаете, кто виноват в том, что в к-поп стало меньше творчества и свободы? — спросил Никко.

— Стремление к сверхприбыли, — не задумываясь, ответил Еджун.

Дан удивился — он хотел ответить так же.

— Согласен, — кивнул он. — Многие хотят заработать как можно больше денег здесь и сейчас.

— Я, кстати, в этом плане очень благодарен вашему начальству. То, как он жестко потребовал ограничить требования к к-поп альбомам — бесценно. Было бы неплохо, если бы и все остальное делали качественно, — сказал Еджун.

… Когда они закончили съемки, Еджун взял у Дана номер телефона, договорились встретиться уже вне камер, наедине. Дан, разумеется, согласился. Нельзя сказать, что Еджун был для него кумиром, но причин восхищаться им хватало. Кроме того, а Дан в этом уверен наверняка, этот «главный корейский алкоголик» еще скажет свое слово в к-поп. И слово это будет громким.

Billboard USA: Интервью Тимати Фэлза «Проводник в мир поп-музыки»