– Нет, - мужчина роняет это слово слишком быстро, словно даже думать в эту сторону ему нельзя.

– А у меня есть. Так вот за них я готов земной шарик вверх ногами перевернуть. Но не из-за бабла. Из-за тех, кто дороже денег.

Мужчина отводит от меня взгляд. Он теряется где-то в глубине сквера.

– Ладно. Хрен с тобой, живи, раз идейный. Но состояние Артура ему не принадлежит. Поэтому вот Вячеслав Михалыч сделает всё, как надо.

Жму плечом.

– По-моему, такие договоренности и были достигнуты.

– И вдове лучше тихо и мирно подписать все бумаги, - уточняет мужчина.

– У вдовы других проблем полно, - из-за ныне покойного Карапетяна, - Бумаги она подпишет. Все, которые нужно.

– У нее ничего не останется, - предупреждает меня мой собеседник.

– Это неважно, - выговариваю ровно.

Сам-то, когда с бабами спит, они ему доплачивают, что ли? С чего вообще он решил, что я или Нина имеем какие-то виды на бандитские деньги?

– А то маман Артура утверждала, что вдова ничего не отдаст, - всё также ровно говорит этот человек. Представляться он не представляется, а спрашивать я не хочу. Мне всё равно, кто он.

Правильно Нина так о бывшей свекрови отзывается. Та еще - змея.

– Ей-то откуда знать? Они не общаются.

– Да вот я тоже подумал. Как-то странно. Девочка всегда была тихая и смирная. С чего вдруг жадность бы её так обуяла? Вот только на раздел имущества подала. Меня это и напрягло.

– Тогда иначе было нельзя...

– Рассчитывал, что мы сами с Артуром разберемся за потерю активов?

– Разве было бы по-другому?

– А ты, парень, не так прост...

Он выбрасывает окурок сигареты. В урну. Я думал, швырнет на дорожку.

– Что ж, - смотрит на часы, - Пора мне. Смотри, не передумай.

С этими словами удаляется от нас с Калининым. Через несколько метров из ниоткуда выныривает его сопровождение.

Мы с Вячеславом Михайловичем какое-то время молча смотрим им вслед.

– Егор Макарович, мне кажется, у вас сегодня второй день рождения, - говорит Калинин задумчиво.

– У меня он не второй. Их у меня уже много набралось, - отшучиваюсь я, - Второй был, когда меня доктора с того света доставали, третий - когда с Ниной всё обошлось. Сегодня, если пересчитывать, то четвертый.

– Вы еще шутите... Это очень опасные люди.

– У опасных людей, как и у всех остальных, есть один существенный недостаток, Вячеслав Михайлович. Они смертны.

Он переводит на меня заинтересованный взгляд.

– А вас, я смотрю, в преступные круги потянуло.

– Нет. Меня наоборот потянуло к тихой и скучной жизни. Но тут все стали активно мешать.

– Хм... Зря они, - Калинин теперь смотрит на меня с некоторой долей уважения, - Но то, что они хотят, лучше сделать побыстрее. чтобы не разжигать еще один конфликт.

– Я и не собирался. Вы же до этого говорили, что нужно сделать. Я был с этим полностью согласен. Ничего не поменялось и сейчас.

– Тогда то, что оформлено на Нину, будем передавать. А наследственное имущество - после прохождения всех формальностей.

– Надеюсь, эти люди, - киваю в ту сторону, в которую удалился визитер, - такие тонкости понимают?

– Понимают, конечно.

– Тогда зачем нужно было со мной встречаться?

– Ну, наверное, ваш собеседник хотел убедиться, что у вас не снесло башню от свалившегося богатства.

– Да не снесло у меня ничего. К деньгам тоже нужно особое отношение, иначе они превращаются в самоцель. Их всё время мало. А жадность никого до добра не доводила.

– И то верно.

Мы пожимаем друг другу руки и расходимся. Я ковыляю обратно к себе, Калинин уезжает.

Документы по передачи основной массы имущества Нина подписывает уже на следующий день в больнице. Калинин не стал тянуть. Возможно, с ним были достигнуты такие договоренности. Мне это было, если честно. не интересно. Мне больше волновало, когда же я смогу забрать Нину домой, и мы заживем более-менее нормально. Без независящих от нас потрясений. Обычной, серой жизнью, которую некоторые не ценят. И о которой мы с Ниной так мечтаем.

Я жду от судьбы очередного подвоха, но к счастью моя тревога оказывается надуманной. Нину выписывают через два дня после подписания тех документов на передачу активов.

Больше никто не просит ни о каких встречах, а Калинин уверяет, что всё прошло нормально, и проблем нам ждать не стоит.

Машина останавливается возле подъезда. Нина выбирается из салона вслед за мной. С любопытством оглядывается. Давид пока у моей матери и отчима. Мы решили, что заберем его ближе к вечеру.

Нина вертит головой и улыбается.