Она сделала акцент на личном обращении, мило изогнув при этом одну бровь. Мол, вот, оцени, Денис Сергеевич, какая я послушная девочка.

— Как интересно. — Я решил не отставать. Решил добавить в наш разговор дружеской близости, тоже перейдя на «ты». — Для тебя готов быть кем угодно. Даже фраером. Вот только вопрос имеется. Что значит «кто я, такой»? В свете последних событий боюсь представить ответ.

— Ну перестань… — Маруся элегантно закинула ногу на ногу.

Вернее, попыталась закинуть. Когда сидишь на табуретке, изображать из себя героиню «Основного инстинкта» сложновато. От резкого движения дамочку чуть повело назад. Она вовремя поняла, что имеет все шансы просто-напросто свалиться со стула, и быстренько вернула ногу обратно. Поставила правую рядом с левой, скромно сложив коленочки вместе.

— Ты на сегодняшний день персона известная. В определенных кругах. — Добавила брюнетка, заметив мое скривившееся лицо.

Просто вот что-что, а известность мне сейчас точно ни к чему. Тут бы с Волковым разобраться, прихватить чемодан и тихонько свалить из города. А если мою физиономию слишком многие знать будут, боюсь, насчет «тихонько» возникают огромные проблемы.

— Мало кому удавалось настолько красиво прокинуть сразу две банды.

— Стоп! — Я поднял руку, снова не дав Марусе договорить. — В смысле, прокинуть?

— Ну как? Из-за тебя Паша не взял то, что хотел. Правда, и «Черная кошка» осталась с носом. При этом, что удивляет сильнее всего, я смотрю на тебя и вижу — жив-здоров. Даже не покалечен. Прежде ничего подобного не бывало. Прежде Паша тебя бы на ремни порезал.

Около минуты я тупил, соображая, какой, на хрен, Паша. Потом вспомнил, что это — настоящее имя Бати. Аж полегчало, если честно. Сначала подумал, в истории с ограблением еще кто-то обиженный нарисовался. Такой поворот выглядел бы крайне нежелательным. Мне хватает того количества оскорблённых, которое уже имеется.

— Так… Хорошо. Восхваление можно заканчивать. Давай перейдем к делу. Ты же пришла сюда не ради того, чтоб петь мне дифирамбы. — Я уставился на Мурусю хмурым взглядом. — И, кстати… Тебя, случайно, Паша на ремни не порежет? Когда узнает, что ты явилась к холостому, одинокому мужчине. Тем более, почти герою.

— Имеешь в виду… — Маруся оглянулась на дверь, указав пальчиком в сторону выхода. А затем сразу же тихо рассмеялась. — А-а-а-а-а… Нет. Уверяю, Мира Соломоновна не расскажет никому и ничего. Впрочем, как и эти две… Ну ты понял. Тетя Мира слишком давно живет в этом городе. Она слишком многое видела. Она точно знает, где нужно срочно потерять память. Я тебя уверяю, последние пятнадцать минут выветрятся из ее головы навсегда. А Паша…Он бывает иногда излишне горяч. Но сейчас мне нужна помощь от человека со стороны. Не хочу впутывать его в это.

— Замечательно. То есть таким человеком ты определила меня? И ты еще, ко всему прочему, рассчитываешь на помощь. Интересный поворот. А наша недавняя встреча в подворотне не считается? Имею в виду, когда вы с Ромочкой нехило отварили меня по голове. И кстати, на секундочку, в тот раз я тоже хотел помочь. Подумал, что красивой, хрупкой женщине угрожает опасность. Не знаю…По мне, так всякая помощь, связанная с твоей персоной — штука сомнительная.

— А-а-а-а-а… Да… — Маруся скромно потупила взгляд. — За это тоже извини. Моя просьба как раз касается именно упомянутой тобой встречи.

— Разговор становится все более забавным… — Я покачал головой, выражая недоумение.

— Просто… Сейчас я объясню в двух словах.

— Ну почему же. Можно не в двух. Можно подробно. С удовольствием послушаю.

— Паша… Он связался с очень нехорошими людьми. Да! Да, я понимаю. Это выглядит достаточно странно. Батя и нехорошие люди. Но они, поверь, не просто блатные или бандюки… Мне очень не нравятся дела, в которые влез Паша. В общем… Я должна была отнести по определённому адресу некий свёрток. За мной следом шли двое парней для охраны. Шли, естественно, незаметно и на расстоянии. Но я заранее договорилась с Ромочкой. В общем… Этот сверток должен был попасть «Черной кошке». Я так решила. Чтоб избежать возможных последствий. Извини, не могу объяснить детали. Это слишком опасно. Естественно, сама лично отдать им в руки не могла. Поэтому, для всех должно было произойти нападение. То есть будто кто-то посторонний подкараулил, а затем оприходовал моих сопровождающих и отнял сверток. В общем-то, все вышло, как я планировала. Кроме одной, самой важной детали. Сверток исчез.

Я слушал Марусю с внимательным лицом, всем видом демонстрируя интерес к ее рассказу, а сам в этот момент соображал.

Ну… Что сказать… Дамочка явно держит меня за дурака. И данный факт выглядит очень обидно. Прав был майор. Я теперь в глазах всех этих криминальных элементов,(и не только), — форменный идиот, раз Маруся считает так же.

В принципе, она не обманула. Я — действительно известная персона. Эта чертова тачка и бестолковый налёт создали мне репутацию туповатого парня, который натворил черт знает что, а потом неимоверно счастливым стечением обстоятельств ухитрился из этого выкрутиться.

Идеальный вариант, чтоб с помощью такого дурака решить свои мутные делишки. Можно навешать лапши на уши, рассказать, какой он молодец, какой крутой. Провернуть все необходимые схемы, а потом его же сделать крайним, когда все закончится. То есть, меня сделать крайним.

Именно поэтому дамочка явилась ко мне и втирает какую-то нелепейшую историю. Я прекрасно помню, что говорил Ромочка. И прекрасно помню, как торчали из-за угла сапоги невинноубиенных «охранников».

То, что Маруся с чудиком договорились, это — факт. Тут не подкопаешься. Но после того, как они, а вернее даже она, грохнула парней Бати, сверток должен был попасть к Ромочке. А по факту, Ромочка получил удар по затылку и отключку. Прямо как и я. Мы, наверное, там рядышком лежали. Словно два бревна. Потом Рома очнулся первым, понял, что нет ни свертка, ни Маруси, ни…