– Катюш, у меня к тебе разговор как к взрослой, - я аккуратно подбираю слова. – Послушаешь меня?

– Надо с Миром посидеть? – Улыбается сестра.

– Нет. Я сегодня кое-что узнала. Перед тем как тебя забрала из школы. Не было времени рассказать.
– Я проговариваю это с волнением. Чтобы Катюша не решила, что я скрывала что-то или обманывала.

– И иногда… Люди, которым мы доверяем, они могут обмануть нас.

– Тебя дядя Лёша обманул? – Хмурится серьёзно. Воинственно смотрит. – Да?!

– Нет. Другой человек. Он обманывал меня четыре года. Не только меня. Я хочу, чтобы ты знала – это не твоя вина. Просто некоторые люди обманывают из-за своих мотивов. И мы не можем на это повлиять.
– Мой голос дрожит. Всё стягивает внутри, холодом обжигает. Я не знаю, как подготовить сестру. Катюша переживала, что вдруг она виновата? Просила Эмира прекратить страшные игры (стрельбу и взрывы). А он не смог. Погиб. Боюсь, как бы сейчас снова не решила, что это из-за неё Сабуров не вернулся. Сестра бывает очень мнительной, хотя я постоянно твержу ей другое.

– Ты меня пугаешь, - признаётся она. – Прости меня, моя хорошая. Но сегодня я увидела в городе Эмира.

– Какого?
– Сестра смотрит на меня растерянно. Уточняет шёпотом, не позволяет себе даже на секунду поверить.

– Нашего Эмира. Нашего.
– Мой голос окончательно ломается. Осколками перерезает голосовые связки. Я не могу больше ничего сказать. Только прижимаю к себе застывшую сестру. Я обнимаю её, глажу по волосам. Показываю, что я рядом. Помогаю шок пережить.

– Дядя Эмир? – Спрашивает она, а в глазах слёзы. – Он живой? Живой! Злата, это же замечательно! Вы теперь вместе будете? А как же… А почему… Почему он ничего не сказал? Он не… Он не приходил! Он прятался от нас?!
– Сестра засыпает меня различными вопросами. Её, как и меня, качает. От радости до злости. И каждое слово наполнено горьким непониманием.

У меня нет ответов. Я рассказываю, что встречусь завтра. Всё спрошу, узнаю. Чтобы ответами залатать душевные раны.

– А я могу пойти? – С надеждой уточняет Катя. – Я тоже спросить хочу!

– Прости, это взрослый разговор. Между нами. Но я перескажу тебе всё. Я думаю, мы вообще поговорим несколько минут и разойдёмся.

Не разойдёмся. Надежда даже не пытается зародиться. Эмир как бульдог. Вцепится мёртвой хваткой, если что-то захочет. И просто так не отпустит, пока всю кровь не выпустит.

Я очень волнуюсь перед нашей встречей. Держусь до момента, как узнаю время и место. А потом… Голова кругом и дрожь во всём теле. Сознание выключается. Не помню ни как собираюсь, ни как у ресторана нужного оказываюсь. Только слышу стук каблуков об асфальт. Я рассыпаюсь внутри от волнения, а шагаю ровно. Не показываю своего состояния.

Сбиваюсь с такта на мгновение, когда вижу Эмира. И сердце тут же плясать начинает. Кувырок делает. От груди до пяток и обратно. Болезненной пульсацией по всему телу отдаёт. Ресторан пуст. Эмир сидит за столиком в центре. И с меня взгляда не сводит.

– У меня мало времени, - заявляю я, усаживаясь напротив. Храбрюсь. – Всё быстро обсудим, и я пойду.

– Не пойдёшь, - отрезает мужчина. – Мы будем говорить столько времени, сколько я захочу.

– Иначе?

– Иначе последствия тебе не понравятся.

Жалко. Что вилок и ножей на столе нет очень жалко! Потому что я бы сейчас ему вилку в руку воткнула. Потому что он не имеет права таким тоном со мной говорить. И приказывать права не имеет!

Вот только Буйному это всё до лампочки. Он, как всегда, живёт в своём мире, в котором только его правила и законы существуют.

– Тебе тоже, - в глаза его с вызовом смотрю, - ты так решил разговор строить?

– Кукла...
– Скалится, зубы стискивает, не нравится ему. Мне тоже много что не нравится. Но той девочки, которая ловила каждое его слово, уже нет. И так просто меня не запугать.

– У меня имя есть, Эмир, и оно мне очень сильно нравится. А ещё мне нравится, когда мне не угрожают.

– Не доводи, и мне не придётся угрожать.
– В ответ рявкает. Я же прищуриваюсь.

– Не доводить? Серьёзно? Это мне покойничек, восставший из гроба, говорит?!

– Не сильно, вижу, скучала.

– Если мы об этом поговорить собрались, то я пойду, у меня дел много.
– Хочу со стула встать, как его громилы, которые под стеной стоят, вперёд рыпаются.

Буйный руку поднимает, чтобы назад отступили.

– Серьёзно?
– В него взглядом стреляю, - будешь меня силой удерживать?

— Это всего лишь призыв к разговору.

– Ну так говори, что тебе нужно?!
– Шиплю.

– Я хочу видеться с сыном.

– Проехали, что ещё обсудим?