Вперёд подаётся, а меня кроет от того, насколько он близко оказывается. Его запах в ноздри вбивается, голову кружит. Я почти готова поверить, что кукухой поехала. До сих пор не верю. Рассматриваю его вблизи. По шраму взглядом скольжу. В глаза его всматриваюсь. В них ещё больше тьмы появилось.

– Здесь мы остановку сделаем, Зла-та, потому что я сына видеть хочу. Право имею. И кому как не тебе знать, что если я хочу, то получу.

Сука. Где там моя вилка?!

– Проголодалась, стейк хочу, с кровью, - губы в улыбке растягиваю, - и нож, желательно острый.

– На мокруху с поджогов перешла?
– Эмир краешками губ улыбается, глаза моментально вспыхивают.

– Развиваюсь, не стою на месте. Ну так что насчёт стейка?
– Бровь вопросительно приподнимаю.

Сабуров взмах рукой делает, и к нам уже официант бежит. Кто бы сомневался.

– А ты, вижу, всё счастье в ресторанном бизнесе пытаешь?
– Улыбаюсь ещё шире: как у них здесь дела обстоят с пожарной системой?

– Угроза?
– Буйный тут же хмурится. Уже бы и дурак со второго раза понял, что это не его. Но Сабуров на третий круг пошёл.

– Ну что ты, кто я такая, чтобы тебе угрожать?

Эмир заказ делает, стейк для меня заказывает и просит порезать сразу. Трус!

– Вернёмся к вопросу.

– Мир тебя боится, - пожимаю плечами, - нечего было в сталкера играть и пугать ребёнка.

– Я не шучу, Зла-та, я ставлю тебя в известность. Я хочу видеться с сыном. Есть два решения этой проблемы. Мы находим компромисс. Или же я не стану спрашивать.

– Ты права не имеешь мне решения предлагать, понял?!
– Сжимаю пальцы в кулаки, - ты и на пушечный выстрел не приблизишься к моему сыну без моего разрешения. Богом клянусь, Эмир, я не знаю, что с тобой сделаю. И мне самой страшно за то, на что я способна.

– На права перешла?

– Перешла! Ты четыре года себе гулял хрен знает где, мы тебе не нужны были. А тут вдруг что случилось? Вали откуда вернулся! Я психику ломать моему ребёнку не позволю!

– Ты должна была Марату про сына сказать!
– Рявкает и по столу кулаками бьёт так, что я на месте подпрыгиваю от страха. Он моментально от ярости вспыхивает так, что и сам ресторан сжечь может, без моей помощи.

– Ничего я не должна, понял?! Сказать, чтобы что?! Чтобы трястись каждую секунду? Чтобы какой-то ненормальный решил его убить, чтобы не дай Бог он стал как ты и не отобрал власть? Я сделала всё, чтобы мой ребёнок был от этого ограждён. А теперь появляешься ты и хочешь нас всех под огонь снова поставить? Кто знает, что ты жив?! Вряд ли это только для меня сюрприз!
– Во мне столько злости, что сдерживаться уже не получается. Бросаю в его лицо обвинение за обвинением. А Эмир с каждым новым словом всё злее становится. Чувство самосохранения отключается. Я уже не понимаю, как давно переступила опасную грань.

Глава 10

Я крепко челюсть сжимаю. Злость… Она пульсирует во мне. Так сильно, что все мышцы сводит. Адреналин пружинит во мне. Я сама готова вскочить. Вцепиться ногтями в лицо Эмира. Как знала, на днях новый маникюр сделала. Он смеет мне что-то предъявлять. Мне! Появился из ниоткуда, перевернул всю мою жизнь. Снова! И теперь права качает.

Наши взгляды сталкиваются. От тьмы в глазах Эмира холодок бежит по спине. Он в бешенстве. Отлично. Я тоже! И Эмир не представляет, как много сил может быть у обиженной женщины и обеспокоенной матери. Я силой мысли тут взорву всё к чертям. И буду наблюдать за пожаром, с удовольствием поедая свой стейк.

– Держись подальше от моей семьи, - шиплю я. – Ты меня услышал, Эмир? Я не позволю, чтобы из-за тебя пострадал мой сын. Чтобы какие-то бандиты ему боль причинили.

– Всё под контролем, - чеканит мужчина. До хруста стакан сжимает. – Никто не тронет его.

– Да? Как Катю не тронули? Ей было семь, Эмир! Когда вокруг была стрельба и опасность. Я не могла тогда тебе помешать. Но я больше не та "кукла", - кривлю губы. – И не стану в это болото снова нырять.

– Тогда была другая ситуация. С той сукой я разобрался. В землю втоптал.

– Точно? Или завтра тоже воскреснет? Любите вы это дело, да?
– Я презрительно фыркаю. Пытаюсь настоящие эмоции спрятать. Как мне больно от того, что Эмир творит. Что не пришёл ко мне. Ни разу за эти четыре года. Не объяснился просто. Хоть весточку маленькую послал… А теперь сидит такой важный, условия ставит. – Даже если умер, - хмыкаю, - то где гарантия, что не появится ещё кто-то? И ещё. И ещё... Пока ты взаправду не умрёшь. Но хоть местечко уже себе прикупил, легче будет.

Эмир сжимает челюсть. От этого шрам ещё отчётливее становится. Выступает на скуле, внимания привлекает. Желваки танцуют на лице мужчины, выдавая его состояние. Злится так, что венка на шее просто лопнет скоро.

– Ты меня не лечи, – рычит Эмир. – Завязывай характер показывать. К хуевым последствиям приведёт.

– А ты завязывай мне угрожать, – копирую его тон, подбородок вздёргиваю. – Меня этим больше не напугать.

– Смелой стала? Или надеешься, что здохлик-муж тебя защитит? Хуевый вариант выбрала. Сразу под него легла? Или хоть подождала немного?

– Не смей меня упрекать. Я сделала то, что должна была. Я защищала свою семью! А ты что делал, а? Трахался и жизнью наслаждался? Ну так продолжай это делать. Благословляю.