Глава 23

— Лёша, остановись! — Я в панике стараюсь утихомирить его, но мужчина словно не слышит. Его глаза налиты кровью, и я вижу в них безумие. — Дети могут увидеть! Пожалуйста, давай поговорим спокойно… - Я умоляю. Пытаюсь хоть как-то его отрезвить. Он же никогда таким не был. Я же его знаю, или мне казалось, что знаю... Неужели я так сильно в нём ошибалась?

Лёша лишь усмехается. Как-то дико. Одержимо. Его смех. От него всё внутри льдом покрывается.

Он сдавливает мои запястья так, что я чувствую, как кожа натягивается до боли. Этот человек, за которым я когда-то чувствовала себя в безопасности, превратился в чудовище. И это чудовище сейчас намерено получить своё, несмотря на мои протесты.

— Спокойно? — Хрипит он, нависая надо мной, его лицо искажено злостью. — Ты все эти годы вела себя как сраная недотрога, отказала мне во всём, а теперь вдруг взяла и расставила ноги перед другим? Думаешь, я это просто так оставлю?

— Лёша, прошу, не надо… — Я молю. Слёзы по щекам стекают. — Пожалуйста, дети…

— С тобой просто нужно иначе, да? Я-то для тебя всё, а нужно было просто раком ставить и брать своё. Он же так с тобой себя ведёт, да?!

Я дёргаюсь, пытаюсь вырваться, но он сильнее, его хватка железная. В голове мелькают самые ужасные сценарии, и я понимаю, что мне нужно что-то делать. Нужно вырваться, нужно защитить себя и детей.

— Не делай этого, — хриплю, — он вернулся, ты прав. И ты даже не представляешь, что он с тобой сделает...
– Я использую последний козырь. Защищаюсь Эмиром. Пытаюсь хотя бы так напугать Лёшу. Хоть немного его в чувства привести.

— Мне похер, поняла? Я заслужил тебя трахнуть за то, что столько лет воспитывал его выблядка.

Меня от его слов всю сжимает. Ком в груди. Горло спазмом сдавливает.

Его руки задирают платье, прикасаются. Тошнота подбирается к горлу. Я молю о спасении. Умоляю. И тут раздаётся громкий грохот, как будто что-то тяжёлое ударилось о пол. Лёша резко замолкает, его глаза расширяются от неожиданности. Через мгновение его тело грубо оттягивают назад. В поле зрения появляется Эмир, оттягивая Лёшу за шкирку.

— Сам себе смертный приговор подписал, — злобно шепчет Буйный, оттягивая Алексея в сторону. На лице Эмира читается ярость, глаза горят огнём.

Лёша начинает дёргаться, пытается вырваться, но силы явно неравны. Эмир с лёгкостью удерживает его, словно Лёша тряпичная кукла.

— Я же говорил тебе держаться подальше от неё, — продолжает Эмир, его голос ледяной, пробирающий до костей. — Теперь ты пожалеешь, что не послушал.

Алексей всё ещё пытается сопротивляться, но Эмир резко поднимает его и бросает к стене. Я тут же зажимаю рот ладонью, чтобы не завизжать. Лёша ударяется спиной о стену и на секунду теряет ориентацию, оседая на пол. Я вижу, как на его лице появляется дикий ужас. До него наконец то дошло, что происходит.

— Таких гнид, как ты живьём закапывать нужно, — Эмир снова подходит ближе, хватая его за горло. — Думаешь, можешь вот так легко прийти и тронуть мою женщину?

Лёша пытается что-то сказать, но вместо слов из его горла вырывается лишь хрип. Я дрожу от страха и облегчения одновременно. То, что Эмир здесь, это моё спасение, но видеть его в таком яростном состоянии тоже страшно. Я боюсь, что сейчас выйдут дети. Боюсь, что после увиденного Мир снова начнёт его бояться. Ещё сильнее. Ведь для Мира - Лёша хороший. Он жил с ним столько времени.

В ужасе оборачиваюсь на дверь детской. Но такое ощущение, что мультик стал играть ещё громче. Детей нет, они не выходят из комнаты.

— Эмир, — я говорю дрожащим голосом, надеясь, что смогу остановить его до того, как случится что-то непоправимое. — Не надо… - Мой голос хрипит, я сама его почти не слышу.

Накрываю ладонью горло, которое болит от хватки Алексея.

— Эмир...
– Пытаюсь снова его позвать, но он не слушает. Всё внимание сосредоточено на Алексее, который всё больше и больше теряет силы, пытаясь избавиться от железной хватки. Эмир явно намерен довести дело до конца.

— Ты уже мертвец, — бросает он, прижимая Лёшу к стене. — Только ещё не понял этого.

– Эмир, хватит!
– Я вскрикиваю. На свой страх и риск прикасаюсь к нему. Нельзя дикого зверя трогать. Сорваться может и на тебя. Но я всё равно сжимаю его плечо. Напряжённые стальные мышцы становятся совсем каменными от моего касания. – Пожалуйста, - испуганно шепчу. – Не надо.

– Эта мразь жить не заслуживает, - по слогам выплёвывает, сильнее пальцы сдавливает на шее отключающегося Лёши. – Он тебя тронул.