– Тогда это не свидание, - Артур снова натянул на себя маску парня-весельчака. – Мы сегодня всей нашей компанией идем в бар. Марк, кстати, тоже. Приходи и ты.

– Я подумаю.

Артур просто пожал плечами, словно ему было все равно, приду я или нет. Скорее всего, мне просто показалось, что он заинтересовался мной, как девушкой. Это к лучшему.

С тех пор, как отца выписали из больницы, он первым делом рвался вернуться к работе. Но мама, когда нужно, умеет быть непреклонной. Она забрала у него мобильный телефон и оградила от любых рабочих звонков. Стала его курицей-наседкой. Даже если кто-то из знакомых звонит ему, чтобы справиться о его самочувствие, первым делом мама проводит инструктаж о том, какие темы обсуждать нельзя. Сомневаюсь, что все внимали ее просьбам. Лично мне стало изначально понятно о том, что, когда Аркадий Николаевич говорит о найденном новом месте для рыбалки, где водится куча крупной рыбы, подразумевается отнюдь не она.

– Аркаша говорит, что ты неплохо справляешься со своими обязанностями, - как только мы остались наедине, завел старую шарманку отец.

Мама вместе с Марусей ушли в магазин. У нас на весь разговор о работы было не больше пятнадцати минут. Надолго мама из квартиры не уходила.

– Я просто ставлю подписи там, где он мне говорит, - фыркнул я.

Эта была правда. Я пытался читать договора с поставщиками. Пытался вникать. Иногда даже удавалось, но, на это уходит слишком много времени и сил. Читать договора, когда ты полный ноль в юриспруденции и экономике - та еще головоломка.

– Ты пытаешься разобраться, вот что важно. Если ты приложишь больше усилий, получишь нужное образование, у тебя получиться.

– Пап, у меня уже есть образование, - прервал я его. – Которое ты упорно игнорируешь.

Отец нахмурился.

– Я не игнорирую. Ты знаешь, что я поддерживаю тебя с хоккеем, но закрывать глаза на то, что ты способен на большее я не могу. И не хочу.

Я честно считал, что отец на моей стороне. Что он понимает, почему я выбрал хоккей, а не, как Иван-дурак экономику. Я не такой как он. И не такой как отец.

– Почему ты считаешь, будто для меня заниматься бизнесом – это больше, чем тренерская деятельность? – я устало потер глаза.

Каждый раз эти разговоры жутко выматывали.

– Потому что ты не раскрываешь свой потенциал, не развиваешь мозги и, что немало важно для твоего будущего – не зарабатываешь столько, сколько мог бы.

– И сколько же это? Сколько будет стоить мои желания, мои цели, мое любимое дело? Во сколько ты оцениваешь мое счастье, папа?

Я не хотел ссориться. Не тогда, когда отец все еще был на середине пути его выздоровления. Я могу быть резок. Часто бываю несдержан в словах и неосознанно делаю больно людям, которых люблю. Отец иногда любит завести эту песню и заманить меня в свой большой мир бизнеса, но, он не может смириться с тем, что этого никогда не будет. Я свой путь выбрал еще в детстве. И предавать не собираюсь.

Хоккей был со мной с детства. Там я проживал ссоры с родителям. Находил друзей. Обрел свободу. Вряд ли что-то сможет заставить променять меня то чувство легкости, когда лезвие коньков скользит по льду, как от скорости сбивается дыхание и появляется бесконечное ощущение полета. Я чувствую себя могущественным. Значимым. Чего-то стоящим. Поймет ли когда-то это отец в полной мере?

– Не утрируй. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

– Я знаю, - как бы не звучало, но я это и правда знал. – Но разве твой бизнес делает тебя счастливым или деньги?

– Ты прав, есть вещи важнее этого – твоя мать, вы. Но я люблю свой бизнес. Глупо это отрицать.

Я кивнул. Потому что понимал его. Правда понимал.

– А я люблю хоккей. Чем раньше ты с этим смиришься, тем проще будет нам всем. К тому же, у тебя есть еще как минимум один из двух сыновей, который точно пойдет по твоим стопам.

Папа долго смотрел на меня, словно раздумывая, стоит ли мне говорить. Я не знаю, обижался ли он не Ивана за то, что тот выбрал учебу, а не семью. Возможно, это прозвучит эгоистично, но мне хотелось, что бы мои дети в сложные для семьи времена были рядом.

– Надеюсь, с девушкой ты не прогадал, - перевел разговор в другое русло. – Марина кажется хорошей.

– Да, так и есть, она – хороший человек.

Папа ухмыльнулся.

– Как лестно ты отзываешься о своей любимой женщине.

Я пожал плечами. Она ее не была. Но обсуждать это с отцом я не собирался.

– Мне пора, - я встал с кресла и подошел к отцу. – Заеду завтра.

– Тебе не обязательно приезжать каждый день, - сказал он мне и похлопал по спине, когда я нагнулся, чтобы обнять его. – Не стоит мотаться по городу ради пятнадцати минут.

– Знаю, но я хочу.

Морщинки собрались у его глаз. Я мог бы сказать, что ему понравились мои слова. Его взгляд смягчился.

– До завтра, - на выходе из квартиры, еще раз попрощался я.

Я не стал вызывать лифт. По лестнице всегда быстрее. Я достал телефон из кармана, проверяя сообщения. И удивился, что ожила беседа, которая пылилась последний год или два.

Шлепа: «Мы сегодня в «Атмосфере», пригоняйте, парни»

Кэп: « Саня на коротком старте. Я тоже.»