Арман уже выехал из Берлина, когда понял, что Берингар прощался с ним, как будто заранее всё знал.

***

В дом Росицких Арман войти не смог. Милош приглашал его, все приглашали, но именно это место стало для Армана самым волшебным в жизни и он не мог заставить себя прийти туда теперь, как будто своими руками выламывал черепицу, бил зеркала и выгонял котов. Поэтому они встретились на окраине города, где красноголовые дома плавно переходили в дороги, леса и поля.

– Не благодари, – первым делом заявил Милош, с которым они не виделись с приснопамятного утра. – Я знаю, что я молодец.

– Адель считает иначе, – не удержался Арман, и Милош страдальчески поморщился:

– Нашёл кого слушать! Её там не было. Выпьем? Ох, ты притащил с собой исчадие Ада, нас с ним ни в одно приличное место не пустят.

Мельхиор задумчиво посмотрел на него и вильнул хвостом. Новый Милош казался ему безопаснее того, который свалился в Лион с неба и стучался к ним в дом с пистолетом, хотя по большому счёту ничего не изменилось.

– Давай лучше пройдёмся.

– Куда собрался? – с наигранным простодушием спросил Милош. – Знаешь, папа одну умную вещь сказал. Цитирую: Арман, конечно, славный мальчик, но иногда его хочется держать на привязи ради его же безопасности. Чуешь, куда ветер дует?

– Чую, – Арман невольно улыбнулся, представив, как пан Росицкий говорит такое. – Он прав, но я себе уже ничего не сделаю, как кто-либо другой…

– Я тебя умоляю, не говори, как моя сопливая сестра, – Милош закатил глаза. – Как будто для этого особое разрешение нужно… Так куда собрался?

– Милош, я боюсь, ты всё-таки стал занудой. Между прочим, Бер ни о чём не спрашивал.

– Он просто любит твою сестру, – объяснил Милош. Арман не понял логики, но предпочёл не переспрашивать. – Это не значит, что я не люблю твою сестру, но ты никуда не денешься, пока не дашь мне чёртов адрес. Знаем мы, чем это кончается. И не вздумай заводить знакомства с интеллигентными стариками. И…

– Милош, я не…

– И не развешивай уши перед глупыми индюками. И не будь слепым ослом… – Милош махнул рукой и рассмеялся, и Мельхиор подхватил его задорным лаем. Похоже, они оба не врали, а Арману по-прежнему казалось, что весь мир вокруг него пропитан ложью. Он заставил себя отвлечься.

– Извини, я не знаю адреса. Я просто решил отправиться куда глаза глядят, – признался Арман. Говорить правду было приятно, и ему сразу стало легче дышать. – Наверное, я вернусь. Все рано или поздно возвращаются… Хочу посмотреть мир, отдохнуть от прошлой жизни. Мне здесь пока делать нечего. Как раз всё уляжется, бывшие маги привыкнут…

– Лотта тоже будет смотреть мир? – уточнил Милош. Что ж, по этой части он всегда был немного занудой.

Арман задумчиво посмотрел на друга, а затем спокойно рассказал о встрече с Шарлоттой. Он нашёл её там же, где встретил в первый раз, когда его потянуло искать старый родительский дом. Лотта сидела на поваленном бревне, кутаясь в тёплый плащ, и наблюдала за птицами в кустах: они копошились среди веток, скакали и ворошили клювами снег, перекликаясь между собой звонкими голосами.

Арман молча присел рядом, посмотрел на пичуг и собрался заговорить, но Лотта опередила его.

– Я их больше не слышу. – Арман обернулся к ней, чтобы увидеть грустное, потерянное лицо. Щёки Шарлотты слегка порозовели от холода, но привычной живости во взгляде не было. – Не понимаю, что они говорят… и они не дают к себе прикоснуться, не дают помочь. Согреть…

Слова оказались лишними. Арман положил ей руку на плечо, Лотта не отодвинулась, но напряглась, словно ей не понравилось это прикосновение. Он не хотел уходить без слов и ушёл, потому что снова почувствовал себя виноватым, однако Шарлотта вдогонку прислала письмо. Ей требовалось время, и она просила только подождать – если он захочет, разумеется.

Милош выслушал историю и согласился, что выглядит неплохо. В конце концов, Лотта уже ждала его, теперь настала очередь Армана.

– Только не отращивай усы, – внезапно посоветовал он. Мысли Милоша по-прежнему ходили по странной, одному ему ведомой траектории, и отследить их направление удавалось не всем и не всегда. – У меня в голове образ странника с посохом, заросшего по самые брови, вот он возвращается в дом, целует жену, детей, внуков… Так не делай.

– Не буду, – пообещал Арман, не став спрашивать, откуда у него дети и внуки. Просто на всякий случай. – А что?

– Глупости, – с досадой поделился Милош и похлопал себя по щекам. – Видишь?

– Не вижу.

– Правильно, потому что я их сбрил. Новая жизнь и всё такое. Но что-то же должно быть у мужчины на лице, верно? Я решил, что вместо бакенбардов будут усы… А Эва решила, что усов не будет.

– Вот тебе и семейная жизнь, – сказал Арман, сдерживая смех. Милош возмутился:

– Погоди, я не закончил! Поскольку я под каблуком сидеть не намерен, я снова отрастил усы. Ей не понравилось. Потом я повторил. В общем, мы уже круге на пятом, посмотрим, кто кого… Какие твои ставки?