Зеттафлопник выдал список анализов воздуха, начиная с температуры и влажности, а дальше соотношение кислорода, азота, аргона и углекислого газа, плюс инертные, в которых ещё нужно разобраться. Некоторые здесь совсем не инертные, почему-то мощно воздействуют на дыхательную систему и нервную, хотя не должны… но это в бозонной вселенной не должны, а в этой ещё разбираться и разбираться.

— Мониторь, — велел я. — Если что слишком, лучше вернусь.

Картинки от дрона идут четкие, яркие, цветные, как будто летит над лесостепью Украины, много цветов, даже кустарники в цвету, а деревья напоминают цветущие каштаны, такие же могучие стволы и пирамидальные чаши крупных белых цветов.

— Животные, — выдал дрон приятным женским голосом. Раз уж дал имя Мата Хари, значит тут же посмотрела, что это такое и моментально скопировала её сводящий с ума мужчин обворожительный голос, — похоже, опасные. Нас не видно, но как-то ощутили.

— Как определили, понять сможешь?

— Пока нет. Но не визуально.

— По моему топоту? Или я громко соплю?

— Маловероятно.

Или по запаху, мелькнула мысль. Впрочем, вполне возможно, начинают сказываться эффекты бозонного мира.

— Далеко?

Дрон поднялся выше, на краю картинки в мою сторону катится тёмная волна явно живого. По моей мысленной команде Мата Хари укрупнила изображение, бегут не лемминги топиться, как вначале показалось, а достаточно крупное зверьё, размером с собак, но с огромными мандибулами, плоскоголовые, шесть лап, как у насекомых, но хвосты бубликом, только на конце холодно поблескивают острые жала, размером с кинжал зуава.

— Опробуй лазер, — сказал я торопливо. — Бей на поражение! А там посмотрим…

Мата Хари резко снизилась, подлетев к животным почти вплотную, коротко блеснула вспышкой. Длится где-то с фемтосекунду, но глаз улавливает за счет того, что отпечаток в глазу остаётся на секунду-две, затем вспышки пошли одна за другой.

Минут через пять я уже своими глазами увидел эту стаю, а это точно стая, а не стадо. Звери, некая чудовищная помесь насекомых и ящеров, мчатся ко мне, ломая кустарник и топча нежные цветы, и я отчетливо уловил их жажду убийства.

Я выставил перед собой меч, сердце едва не вырывается из груди, мышцы напряглись, а восприятие сильно замедлилось.

В стае где-то штук двадцать, полсотни саженей промчатся, не успею «мама» сказать.

Я до предела разогнал метаболизм, двигаться надо ускорено, зверей двадцать… нет, уже девятнадцать… восемнадцать, семнадцать…

Я пригнулся, готовый выдержать удар всей оставшейся стаи, но до меня добежали только две твари. Я взмахнул мечом, взмахнул ещё раз… и обе красиво рухнули в прыжке, рассеченные пополам модифицированным мечом.

Мата Хари тяжело приземлились на вытянутые лапы рядом, сразу осела к земле, словно вес у неё под тонну.

— Молодец, — выдохнул я. — Лазер вроде бы хорош…

— Сорок два протоящера, — доложила она довольным голосом. — Кристаллы в восьми животных. Но аккумулятор разрядился. А ещё хорошо бы сократить интервалы между выстрелами.

— Подкрутим, — пообещал я, воспрянув духом. — Как только, так сразу. Хорошо, что с ходу видишь, какие с кристаллами, какие без.

— Только с дистанции в сорок два сантиметра, — сообщил дрон. — Но в воздух подняться не смогу.

— Сейчас поправим, — пообещал я.

Я с ножом в руке поспешил к тварям. Дрон показал в добежавшей до меня двадцатке троих с кристаллами, я быстро и уже умело взрезал черепа, следуя линиям, где толстые кости состыкуются.

Мата Хари наблюдала за мной, как показалось, с интересом, сказала негромко:

— Я тоже это заметила, но через плоть нечетко…

— Ни фига себе, — сказал я озадаченно, — Фиолетовый!

— Этот кристалл, — ответила она. — уже одиннадцатого класса, потому фиолетовый. В нем энергии в десять и шесть десятых больше, чем в тёмном.

Я с сомнением повертел в ладони фиолетовый кристалл. По размерам такой же, но, как помню, у нас тоже емкость аккумуляторов росла с развитием технологий, а размеры оставались прежними, а потом ещё и уменьшились.

— Проверим, — сказал я с сомнением, — только бы у тебя ничего не перегорело!..

Мата Хари наблюдала большими глазами ночного хищника, как я тщательно вытер все восемь кристаллов, один ещё и высушил, задержал дыхание и приблизил к опустевшему гнезду приёмника кристаллов.