Мата Хари на моё удивление даже хихикнула, так входит в роль:

— Спинозавры бы всех сожрали!.. Нет, брахиозавры копаются в зарослях плаунов, стайка велоцирапторов в двух километрах левее в местном лесу из хвоща, а спинозавры по шею в воде охотятся на рыбу.

— Там что, дальше море?

— Озеро, но доступна только часть.

— Понятно, пусть ловят. Займись велоцирапторами, а я подберусь к брахиозаврам.

Брахиозавры ещё те кузнечики, едят одну лишь травку, абсолютно травоядные, никогда не нападут, но я помню, что и конь может укусить, не только лягнёт, а корова поднимет на рога, если обидишь.

Осторожно двинулся в их сторону, хотя опасался не самих брахиозавров, они ещё далеко, но неприятности могут вынырнуть даже из-под земли, а также в мире существуют и летающие ящеры.

Брахиозавр похож на увеличенную копию жирафа из-за длинных передних ног, задние вдвое короче. Он и питается верхушками деревьев, как жираф, шея подлиннее жирафьей, метров восемь-девять, моя единственная трудность в том, что на высоту тринадцати метров, попробуй подпрыгни, а так эта пятидесятитонная махина защищена прочной костяной броней и очень толстой кожей.

Я посмотрел, как пара самозабвенно жрёт листья, мелькнула мысль, ну нельзя же убивать только потому, что могу? Мы даже волков спасаем из болота или полыньи, научились ценить и беречь жизнь не только человечью, даже законы приняты насчёт защиты животных…

Ну да, сказал внутри меня пещерный человек, тогда в интересах справедливости заступись за эти деревья! Вон как жрут, сок так и брызжет, а это же кровь растений, они тоже живые, чувствуют, им больно, они кричат, только люди предпочитают не слышать, чтобы не попасть в ловушку своего милосердия.

Я выдёрнул меч из ножен, за справедливость нужно бороться. На картинке, что передаёт мне Мата Хари, велоцирапторы одни падают на месте, другие подпрыгивают, потом падают, хотя Мата Хари стреляет лазерными импульсами очень точно и всегда в одно и то же место.

— Отлично, — сказал я с облегчением. — Мы молодцы!..

— Энергия закончилась, — доложила она. — Больше поражать цель не могу.

— Долетишь ко мне?

— Летать смогу ещё четверть часа. Но без стрельбы.

— Хорошо, дуй сюда. В смысле, лети, пернатое.

— Я не пернатое.

— Всё равно лети!

— Всё поняла, выполняю.

Я повернулся к брахиозаврам, медленно принялся обходить окаменелые пирамидки, большинство мне по плечи, но есть и выше, брахиозавры едят много и часто, пятидесятитонное тело требует много энергии, потому помёта оставляют много, застывает он быстро к радости палеонтологов, что счастливы копаться в нем, определяя, что и как ели эти чудовищные ящерицы.

Если конь бьет копытами, бык рогами, то брахиозавр лупит чудовищным многотонным хвостом. Любой хищник, пытающийся подобраться к гнезду с потомством, будет расплющен в лепёшку, так что мне не так уж и просто…

Хотя почему нет? Я не собираюсь нападать на гнездо, да и вряд ли брахиозавр с его крохотнейшим мозгом увидит во мне опасность… Главное, подойти поближе.

Мата Хари сделала над нами небольшой круг, выдавая на экран скрупулезно точную картинку, где каждая чешуйка на спине брахиозавра сверкает, как драгоценный камешек.

Два зелёно-серых гиганта ростом с трехэтажные дома с хрустом и треском обгладывают верхушки древовидных хвощей. Молодцы, всё правильно, эти хвощи слишком быстро растут, нужно спасать планету.

Я осторожно подошел ближе, один не просто зелёно-серый, а красавец с багровыми пятнами по всему телу, что ближе к шее сливаются в кольца и поднимаются по длиннющей трубе к самой голове, красиво чередуясь со светлыми. Те тоже выглядят кольцами: багровые, зелёные, красные…

Будь эти существа весом в пару килограмм и ростом до колена, их бы расхватывали, как самые милые игрушки для дома, для семьи, но когда земля вздрагивает при каждом их шаге, даже мне как-то не по себе, пусть и знаю, что травоядные.

Этот красавец с шеей, как у зебры, и ростом чуть выше второго, плечистее, и вообще орел, это указывает, что самец, а тот, что попроще — самка. Ну это и понятно, мы, самцы, красивше, стоит только сравнить петуха и курицу или утку и селезня.

Я всмотрелся внимательнее, переходя с диапазона на диапазон, в маленькой голове первого рассмотрел крупный кристалл, только не тёмный, а почти фиолетовый, в голове самки пусто, ну это и понятно, самка же.

— Эй, — сказал я, — морда на шее… Хочешь что-то покажу?