Выражение лица Асити было таким, хм, не могу описать. Будто с ней творится что-то странное. Она растворяется в этом чувстве, где-то в глубине сердца рождалась трепетная нежность. Её боготворили и прежде, но никогда не возносили и не поклонялись ей так, как это делаю я. Никогда в жизни эта женщина не испытывала такого удивительного желания, которое охватило сейчас — отдать себя. Она хотела меня, хотела делать то, что мне нравится, хотела быть такой, какая нужна. В этот момент мне вдруг показалось, что мы созданы именно для того, чтобы отдаваться друг другу. Глупо? Ещё как. Плевать. Это был единственный способ утолить нестерпимый голод тела.

Мои настойчивые пальцы требовательно сжали еёбёдра, когда я встал на колени и притянул её к себе. Положив руки на мои плечи и закрыв глаза, Вердо запрокинула голову, волосы упали ей на глаз. От влажного и жаркого прикосновения перехватило дыхание. По мышцам пробежал огонь наслаждения. Коста, хе, приник на всю длину, нежно, но быстро, и её ноги задрожали. Она чувствует дыхание, и весь мир вдруг перевернулся с ног на голову. Нас понесло куда-то далеко-далеко, подальше от всего, что ждёт за стенами поместья.

Очень тщательно, ни на секунду не отрываясь от своего занятия, целую шею, ощупываю языком, впитывая в себя её энергию. Требую ответа, побуждаю, умоляя ответить. Пальцы Асити вновь забрались в мои волосы, стали перебирать их. В комнате стало жарко. Плавные движения, скрип кровати.

Из её груди вырвался тихий, протяжный стон. Длинными ногтями она непроизвольно впилась в мою кожу и, только через несколько секунд осознав это, разжала пальцы. В ответ на невольное действие, ещё сильнее сжимаю еёбёдра, словно хотел, чтобы эти пружинистые округлости были только моими.

Нахлынувшее на неё наслаждение было таким острым и неистовым, что дыхание, её голос и весь этот вечер слились воедино и стали уплывать куда-то. Тело её изогнулось, руки ослабли, по безвольно разжавшимся пальцам пробежали иголочки тока. Асити почувствовала, что сладкий спазм пронзил, но ничего не могла с собой поделать.

Новая победа. В моих глазах загорелся сумасшедший огонь. Губы требовательно приникли к её рту. Никакого сопротивления, с упоённым удовлетворением шепча что-то неразборчивое.

Её тело с радостью приняло ускорившийся темп, задрожав от ещё большего удовольствия.

— Как ты… Хорош. — с тихим изумлением сказала она, скорее всего, самой себе.

— У меня хороший учитель.

Шёпот был почти не слышен, словно лёгкий шелест ночного ветерка.

Обнимаю, прижимаюсь. Асити обхватывает ногами.

Уперевшись руками в кровать, рывком поднял свой корпус и одним мощным движением бёдер довожу и себя до кульминаций.

Асити не удержалась, вскрикнула от наслаждения. Ухватившись за мои плечи.

— Ах!

Восстанавливаем дыхание. Наши лбы соприкасаются. Улыбки, довольные смешки.

— Надо. — дует на прядь волос. — Принять лекарство. — хитрая ухмылка. — Пока не поздно.

— Д-да. — Слезаю, ложусь рядом.

И когда бутылёк опустел.

— Вы совсем охренели, amants? — Какого? Парсия стоит около двери, руки в бока.

— Как… — подскочил я, будто застуканный любовник, ища свои штаны. Вердо не особо удивлена. — Как давно ты там стоишь?!

— Достаточно, чтобы выставить высокий бал. — Блестят золотые зубы.

— Старый извращенец. — Одевается Асити. Торн наконец отвернулся.

— Жду вас на улице. — Полуразворот. — Коста. — Играет бровями.

— Иди уже! — Немного злюсь. Шут, рассмеявшись, закрыл дверь с другой стороны. Выдыхаю, застегнув ремень. — Как-то… Неловко.

— Хе-хе. — Свежа любимая. Дарит мне ещё один взгляд. — Но спорить с ним не вижу смысла. — Подмигивает. — Алый Принц, вы стали Дьявольски умелым любовником. — Ищет остатки одежды. — На такое можно и подсесть.

— Кхм. — Поддерживать в себе дикого, ам, «самца», я всёещё не умею. Потому ничего не ответил, кроме. — Сколько пожелаешь.

— Договорились. — Воздушный поцелуй.

Через час и несколько похабных шуток Авики мы повторили маневр с убийцей Прокаженных из Сверебро. То есть проникли в домик коневода. Хозяин отошел по делам, а его сын заходит внутрь. Первое, что видит юноша, полная темнота, затем вспыхнувший зрачок зелёного света.

— Доброй ночи, подозрительный юнец. — Давит улыбку Король.

— Ч-что? Король Авики? М! — Дверь позади закрылась. Это был я. Вердо, опираясь о стену, была в другом углу. Итого три гамблера окружили молодого парня. Он, поводив головой, понял, бежать некуда. Ноги затряслись, подкосились. Еле-еле сделал ещё пару шагов, выйдя в центр. — Я… — Дрожит голос. — Что вам…