Вижу… Вижу, как сестра стоит рядом. Смотрит не отрываясь.

— П-пить… — пересохшие губы, еле слышимый шепот. Мой голос под стать телу, затухает.

Она не двигается. И больной мальчишка в моем лице роняет емкость. Падение, звук стекла, вода заливается, утекает в большие просветы между досок в полу.

— П-прости… — снова прошу прощения. Я знаю, что бесполезен, я знаю, что скоро умру. Мне страшно. Страшно остаться одному. Хотя бы это… маленькая мечта теплится в груди. Закрыть глаза в последний раз не в одиночестве.

Рядом с сестрой стоят двое. Не вижу лиц. Один скрыт за капюшоном, у другого завязаны глаза, но теперь я понимаю, что за свет пробивается через ткань повязки. Алые зрачки, сравни демону в темноте. То были не галлюцинации.

— Видишь? — грубый голос. Мужчина положил руку на плечо сестры. — Ему уже не помочь.

— Но… — текут слезы по её щекам.

— Ты. — подключился красноглазый, запрокинув голову. — Теперь знаешь истину, знаешь, кто виновен. — религиозный жест. — Все, что тебе остается, Кланси Коста. — снова смотрит прямо. — Это месть.

Мужчины выжидают.

— Сестра? — вновь приподнимаю руку.

— Вижу. — кивает сама себе Кланси. — Только один путь.

— Хорошо. — доволен скрытый за капюшоном. — Надо уходить из города, скоро Ученые передадут его Лисицам. Начнутся чистки.

— Оставь его, Коста. — уже разворачивается красноглазый. — Погань заберет это тело через несколько дней.

— Оставить его… Так? — сжимает кулаки сестра.

— Можно оборвать страдания прямо сейчас. — меч на половину покинул ножны.

— Нет, не могу, не хочу. — останавливает она.

Мужчины переглянулись и первыми пошли на выход, утопая в лучах полуденного солнца. Сестра еще немного смотрит на мое лежащее тело.

— Я всегда буду любить тебя. — горькая улыбка.

— Не… Не уходи… — пробую подняться. Падаю вместе с простыней, запутавшись в ней. — Не бросай…

Но она просто отвернулась. Она ушла. Оставила меня позади. Молодая девушка устала ухаживать за больным, ведь итог был очевиден. Моя родная сестра бросила меня со словами о любви. Ей не хватило смелости прервать это, не хватило мужества остаться со мной до конца. Так кто же ты, Кланси Коста? Теперь я вспомнил. Ты предательница, слабая, ужасная сестра. Ведь даже в моменты моей слабости она никогда не проявляла доброту, все делала из под палки. Будто я мусор. Ноша, которую кое как надо донести. И твои слезы в тот момент, пустое. Я забыл. Чтобы было легче.

Всегда один, и просто некому было помочь.

Целые сутки я пролежал в том домике. Все ждал и ждал. А смерть не приходила. И оказывается… Мой шанс настал именно в тот самый момент. Я смог схватиться за кровать.

— Кх-х-х-х. — смог встать на колени. Еще несколько минут. — Кха-а-а-а! — делаю глубокий вдох. Самый долгий в своей недолгой жизни. Я дышу. Могу дышать, что закружилась голова. Краснохватка отступила, разжала свои тиски на моем горле.

Снова плачу. Еще немного. Я смогу прожить еще немного.

И выживал. Выживал как мог. Один в темноте. Прямо как и сейчас. Я один в этой тьме… Боль пронзает каждый мускул, невыносимое чувство. Не смогу… Я не смогу вынести это в одиночестве вновь. Я…

Звук её каблука. навсегда отмечался в моей памяти. Но он звучит прямо сейчас. Через пелену забвения до меня доходят голоса настоящего.

— Держись, Коста! — самый приятный звук. Просто её голос. — Он здесь! — на фоне звучит блеяние Бальтазара. — Не смей умирать, Кван!

Затем чувствую, как меня несут. Все еще никакой картинки, только тьма. Звуки, шаги, лязг, скрип. Все повторяется, все превращается в единый поток. Теперь чувствую под головой что-то мягкое.

— Нужен доктор! — свирепо кричит Асити.

— Милая, в этом хаосе…

— Тц! — её шаг отдаляется. — Сама найду! Если потребуется, снесу несколько голов.

— Аси, стой! — нагоняет Парсия, но попутно. — Милая, следи. — Виви согласно промычала.

Эх. Альбиноска в порядке. Хорошо. Очень хорошо. Свыкаясь с болью, становиться легче, но это плохой знак. Тело как сладкая вата, хм, я так и не попробовал её.

Меня трогают. Щупают.

— Госпожа. — голос чужой женщины. — Он… Он умирает.

— Ра! — кого-то схватили за воротник. — Ты доктор, мать твою, или кто? Не говори очевидное, действуй!

— Асити, успокойся! — повысил голос Торн. — Милый лекарь. — чуть ласковее. — Ну хоть что-то сделать можно?

— Кровь. — поправляет одежду док. — Нужна кровь, Алый Принц потерял много.

— Берите мою! — стучит по груди Вердо. — Сколько потребуется.

— Это… — смутилась лекарь. — Это не так работает…

— Объяснись! — кипит, бушует любимая. Затем долго выдыхает, приводит чувства в порядок. — Да знаю я… — половина диалога ускользает от меня.