За следующие минуты я узнал от захлебывающегося в слезах и соплях убийцы, что татуировка нужна для удержания нурса. В ней же питомец восстанавливается. Выдают ее там же, где и нурса — в одном из Питомников, которые есть в каждом крупном городе. Только я пропустил последний набор, а до нового еще около недели.

Не так много, кстати. Может, и успею отхватить какого-нибудь пета.

Выслушал местные расценки и понял, что кузнец надурил меня раза в четыре. Узнал названия ближайших деревень и того самого города.

На поясе мужчины не нашлось не кошелька с шлифованными камнями, ни даже самого завалящего кинжала — видимо, надеялся на своего воробья, а оружия не взял либо потому, что не умел им пользоваться, либо — чтобы не тащить лишний вес вдобавок к моим пожиткам.

Скотина.

Прежде, чем переместиться на остров, я обезглавил преследователя (самая быстрая и надежная смерть) и закинул тело и голову в реку, чтобы та отнесла тело подальше от деревни. Если и быть гуманистом, то не к таким уродам.

Я переместился на остров с помощью шара Эклектики и скопом вывалил на рынок рассаду. Пусть искатели изучают, выращивают.

Ночью лететь с острова к городу не рискнул — видимость ночью в облаках ни к черту. К тому же, подозреваю, что ночью меня в город не пустят.

Остаток ночи потратил, изучая фреску через технику понимания и пытаясь понять, как скопировать ее. Вылетел к городу только поутру.

Сразу найти город не вышло. Остров за ночь отнесло ветром в сторону, и пришлось спускаться дважды. В первый раз я едва не зацепил ногой шпиль какой-то башни на острове, спрятанном в тумане. Второй спуск вышел удачнее — во время первого я осмотрел окрестности, поэтому взял гораздо правее. До самого города не долетел километров пять, но это и к лучшему — приземлись я у ворот, точно не избежал бы неудобных вопросов.

Стражник на воротах скользнул по мне ленивым взглядом, но монеты за вход не потребовал, да и вопросами меня мурыжить не стал. Пришлось уже мне обращаться к нему:

— Прошу прощения, а где у вас рынок?

— Рынок, таверна, игорный дом — в нижнем городе, — отвлекся страж от разглядывания своих ногтей. — Прямо иди, а там уже по указателям дорогу найдешь.

Если бы я еще умел их читать…

Информация про какой-то «нижний город» оказалась для меня в новинку. Я прошелся по узким улочкам, осмотрел куцый городок. Шел неспешно, стараясь впитать в себя атмосферу этого места.

По обе стороны улицы возвышались старинные каменные дома с покатыми крышами, крытыми черепицей. Деревянные ставни были выкрашены в яркие цвета, а у дверей стояли горшки с цветами, добавляя живописности этому суровому городку.

А когда я увидел широкую дорогу, ведущую в подземный тоннель, понял, что здесь уже все серьезно. Посреди тоннеля стояли огромные ворота, створки которых только вол и сдвинет. Рядом блестели латами стражники, в стороне от них лежал громадные тигр, змей и четырехрукая обезьяна.

Как и ожидал, стража здесь была гораздо внимательнее.

— Ваши имя, пожалуйста.

— Кин.

— Есть бумаги?

— Нет, — жму плечами, и, скрестив пальцы, вру. — Там, где я рос, бумаг не водилось.

— Нурс есть?

— Нету. Но очень хочется получить.

Меня вежливо опросили, записали мою ложь (и внешность, насколько я понял) в тетрадку и попросили коснуться большого белого булыжника возле ворот. Тут я напрягся, готовясь ко всякому, но ничего страшного не произошло — булыжник оказался прохладным и никак на меня не отреагировал. Страж кивнул, выписал мне какую-то бумажку и посоветовал получить документы в местном управлении.

Подземный город освещался многочисленными лампами. Свод огромной пещеры находился на высоте метров тридцати и давил на меня, не привыкшего к пещерам.

А еще подземный город был гораздо больше, чем поселение на поверхности. Традиция у них такая — селиться под землей? Или временами здесь происходит что-то такое, от чего только в пещерах и спасешься? Ставлю на второе.

Рынок я нашел по гвалту, крикам и запахам еды.

Не то, чтобы мне требовалось что-то покупать, но народ, снующий по другим улицам, выглядел сосредоточенным и куда-то спешащим. Я, со своими почти двумя метрами роста, здесь выделялся, как бесцельно топчущаяся скала.

Я подумал, что на рынке смог купить какую-нибудь вкусняшку и присесть где-нибудь, понаблюдать за народом. Да и вообще интересно, чем тут торгуют, какие повадки у людей. Какие формы принимает местное классовое разделение, как выглядят богатеи, какие им знаки внимания оказывает простой люд. Рынок мне казался единственным местом, где можно купить ответы, осмотреться и узнать что-нибудь о местной культуре, просто стоя на месте. Может, в городе были и другие подобные места, но о них я не знал.