– О, – затянула весело Джейн. – Клотти, я же говорила тебе, он явно не тот, за кого себя выдаёт!

– Это ежу понятно, – отшутилась я. – Пит, он мне этого не говорил.

– Так может, в этом-то всё и дело? Ну, пошёл парень на борьбу, ну, уверенность, стержень в себе проявился. Спорт – он преображает сильно. Спорт – это как дело, которому ты отдаешься и чем мысли заняты, вне зависимости от всяких проблем. А на борьбе ты получаешь возможность стать сильнее, выше, смелее. Вот он себя и вести по-другому начал. Со временем люди, которые начали заниматься всерьёз, кардинально меняются! Многое зависит от тренера, методики преподавания, от школы борьбы – какие ценности и правила. Где-то серьёзная секция, где готовят суровых мужчин для военной службы, а где-то – детский кружок руками-ногами помахать как в киношках. И те личности, с коими твой дружок встречается, и есть его товарищи по кружку, – предположил Пит.

Его догадка многое расставляла по местам. Мне стало немного стыдно, что я сама не смогла догадаться, что Уолтер начал заниматься борьбой с каким-нибудь серьёзным тренером. Интересно, что за секцию он выбрал, и зачем туда пошёл? Вдруг он имел цель не просто развить мышцы, а, например, отомстить обидчикам, той же придурошной Сорык. Мне стало не по себе от такой мысли. Интересно, в каком состоянии находится разум Уолтера, под чьим он влиянием, какие у него бродят замыслы?

Мы уже почти подошли к Базе, Пит добавил:

– Непростой он малый. О таких говорят – в тихом омуте черти водятся. Нет и нет, а выскажет какой-нибудь перл. И где он научился таким словечкам? Уж явно не из классических трактатов средневековых литераторов, которые заставляют зубрить на уроках литературы!

– Какие ещё словечки? – насторожилась я.

– Ну, я его расположил, а он и поехал, слетев с катушек. Стал говорить на блатном арго. Когда я ему что-то заявил, он, начиная со мной спорить, сказал «ваши не пляшут», потом несколько раз упомянул, что его бесит «гнилой базар», и что ему интересно общаться со мной, что он готов «забить стрелу». Может, он крутым хотел показаться, но из уст интеллигентного очкарика-каратиста это не катит.

Мы вошли в прихожую, оставили свои куртки и через антикварную комнату направились к Рецепции. Там нас встретила сама Мунда.

– Ага, пожаловали! Именинница и её бессменная свита! Ребята 003 и 005, позвольте увести у вас вашу королеву сегодняшнего дня на несколько минут, – Мунда встала из-за стола и, не дождавшись ответа изумлённых Пита и Джейн, взяла меня за плечи и увела.

Мунда повела меня в правое крыло Базы, в одну из переговорных.

– Поболтаем немножко.

Коллега закрыла за собой дверь. Мы расселись в креслах.

– Клот, заметь: ты уже с нами ровно четыре месяца! Нравится тебе здесь? – задала она вроде бы обычный для старшей коллеги и тренерши вопрос.

– А у меня разве есть иной выбор? – в шутку засмеялась я.

– Срок маленький. И тем не менее, его хватило, чтобы тебя раскусить. Ты любишь рисковать в силу своей любознательности и жажды новых впечатлений. Но риск твой всегда рационален и оправдан. Это не риск подростка, желающего прыгнуть с тарзанкой с десятого этажа или прокатиться на скейтборде по автостраде. Мы безгранично счастливы, что ты с нами, и мы все – каждый из нас – очень благодарны тебе, – Мунда проникновенно посмотрела в глаза, чем ввергла меня в смущение.

– Ты говоришь это так пафосно, как будто я какой-то герой…

– Так оно и есть. Каждый – герой. Сегодня твой день рождения. Клот, помни: если тебе однажды станет грустно, мир вдруг потеряет краски, или тебе будет очень одиноко – всё равно ты остаёшься героем, созидающим всё самое лучшее вокруг себя. Героем своей собственной жизни, для кого каждую ночь зажигаются звёзды в небе. Именно это я и хотела пожелать тебе – чтобы для тебя зажигались звёзды, ведь ты сама их зажигаешь. Будь собой. Будь с нами, и мы навсегда останемся с тобой. Из меня, возможно, плохой философ, я всего лишь судебно-медицинский патологоанатом. Но по твоим глазам вижу, что ты меня поняла, – улыбнулась Мунда.

– Спасибо, Мунда, – проговорила я искренне.

– Ну, герой, без подарка в день рождения мы тебя не оставим! Держи, теперь это твоё, – Мунда достала из-под стола большую тёмно-синюю коробку, перевязанную пурпурно-фиолетовой ленточкой.

Я удивилась и стала распаковывать. Когда ленточка была сорвана, я наткнулась на лист, озаглавленный как «Краткая Инструкция по применению Пневмопушки Демоуса».

– Пневмопушка?! – вне себя от потрясения, проговорила я, извлекая из коробки продолговатое устройство чёрного цвета со спусковым механизмом, большим дулом и торчащим оттуда якорем-кошкой с плотной верёвкой толщиной в палец. – Спасибо большое…

– Тебе может пригодиться. Совсем свежая партия, профессор Демоус провёл последнее бета-тестирование в прошлом месяце. В Инструкции всё написано. Мы решили подарить её тебе в постоянное пользование. Но если вдруг сломаешь или она придёт в негодность, дай знать, мы тебе поменяем. Можешь даже испробовать её в нашем тайном Полигоне, когда Стимвитз вернется, – подмигнула Мунда, имея в виду моего непосредственного начальника Майло Стимвитза.

Я была настолько ошарашена нежданным подарком, что не заметила, как Мунда дипломатично выскользнула. Я была в абсолютном смятении, поскольку не знала пока ещё, что мне делать с Пневмопушкой. Ведь это не цветок, который надлежало поставить в вазу. А секретная техника Только Для Ваших Глаз. Но я постаралась взять себя в руки и рассудила, что она правда мне может пригодиться – если уж не сейчас, то потом.