Шрифт:
Крикуна я обнаружил быстро. Впрочем, это было не так уж и сложно, потому как стоял он совсем рядом с ареной, да к тому же в компании весьма колоритных юношей и девушек. И, судя по их внешнему виду, они точно являлись выходцами из Мурима: каждый из группы поддержки Чон Мёна сжимал в своих руках меч, посох или копьё. Да и внешне они, несмотря на свой юный возраст, совсем не походили на обычных городских подростков. Нет, это были воины, вполне достойные своего предводителя, что сейчас стоял напротив меня с обнажённым, покрытым ци мечом.
— Альянс Пяти юных драконов верит в своего лидера! Благородный клинок цветущей сливы одержит верх в этом бою! — всё не унимался молодой бритоголовый пацан в оранжевом монашеском облачении. Судя по внешнему виду, он явно сбежал из монастыря Шу-линь, ну или тамошние монахи сами его выперли за не в меру длинный язык.
Ещё и название это дурацкое: «Альянс пяти юных драконов»! Кому такое только в голову взбрело?!
— Альянс пяти юных драконов? Серьёзно? — приподнял я бровь, при этом не отрывая взгляда от немного поникшего противника.
— Это не я придумал, — ещё сильнее залился румянцем Чон Мён.
И куда только подевался весь его запал? Ещё совсем недавно лидер Альянса пяти юных драконов жаждал поскорее выпустить мне кишки на потеху публике, а теперь стоит и мнётся, словно девица на выданье.
Пф, смехота!
— Нет, в этом бою одержит верх брат Чень! — вдруг раздался ещё один выкрик, но уже с другого конца площади. И на этот раз голос крикуна был хорошо мне знаком. Это определённо был не кто иной, как брат Минг. — Лысое братство, давайте поддержим брата Ченя!
— Брат Чень!
— Брат Чень!
— Брат Чень!
Ох, и стыдоба… — окинул я взглядом горстку горланящих подростков в бело-голубых одеждах. Ну и где этот мастер Шень, когда он так нужен, почему не заткнёт этих горлопанов? Стыдно-то как…
— Лысое братство? — вернул мне мой же недавний взгляд Чон Мён. В этот момент он явно надо мной потешался, прямо как я над ним минутой ранее.
Что ж, если карма и впрямь существует, то это как раз она.
— Я не с ними, — моментально открестился я от братьев по секте и в качестве доказательства провёл рукой по своим длинным шелковистым волосам. — Как говорили у меня в деревне, лысый волосатому не товарищ.
— Ну-ну, — не удержался от улыбки этот засранец. — А ты хороший парень, брат Чень, сложись всё иначе, и мы бы обязательно стали друзьями. Возможно, ты бы даже примкнул к Альянсу пяти юных драконов и стал там шестым…
— Не приведи Небеса, — перебил я его и машинально перекрестился.
— Ты прав, момент упущен, — согласился со мной Чон Мён. — Сами Небеса развели нас по разные стороны стен и вынудили сражаться. Однако память о тебе и этой битве навсегда отпечатается в моём сердце. Защищайся, Су Чень! Во имя моей миссии и будущего всего Мурима я обязательно одержу верх!
Меч в руках Чон Мёна взлетел к небесам, а затем, ярко вспыхнув, обрушился вниз. Крепкая сталь, окутанная острой как бритва Ци, устремилась к моему многострадальному халату. И на этот раз выпад Чон Мёна был куда смертоносней, чем прежде.
Чувство опасности обуяло меня, отметая прочь недавнее смущение. В одно мгновение шутливая тренировочная битва превратилась в бой насмерть, прямо как тогда, в одинокой горной деревушке на склонах горы Мудан, когда я повстречал своего первого цзянши. И точно же как и тогда, сердце моё оказалось во власти истинной гармонии, а разум очистился от лишних мыслей. Я осознал, что обязательно должен спасти халат! Во что бы то ни стало!
Спустя мгновение разящий клинок Цветущей сливы обрушился на то место, где я стоял. Однако меня самого там уже не было. И нет, я не бросился сломя голову, навстречу Чон Мёну, дабы вырвать цзянь из его рук. А совсем даже наоборот, взял и отскочил назад, чем вызвал неодобрительный гул со стороны толпы.
Но гул гулом, а рисковать своим и так потрёпанным халатом я больше не собирался. А потому избрал другую тактику. Я решил взять его хитростью.
— Перестань убегать, брат Чень, давай биться лицом к лицу, как подобает мужчинам! — опять взмахнул зачарованным мечом Чон Мён.
И снова, как и прежде, окутанное ци лезвие не достигло моего бренного тела. Ловко отпрыгнув с линии атаки, я уберёг не только казённый халат, но и собственную шкуру.
— Остановись, ты, трус, и прими наконец бой!
А тем временем Благородный клинок цветущей сливы заводился лишь сильнее. Цзянь в его руках порхал всё быстрее, так и норовя испить моей крови, ну или, на худой конец, ещё раз потрепать мой наряд. И ежу было понятно, Чон Мёна явно не радовала вся эта беготня.
Хотя его тоже можно было понять, он ведь пришёл на этот турнир, чтобы биться с другими представителями боевых искусств, а не играть в догонялки с одним не в меру шустрым качком.