— Синий, синий иней! Синий, синий иней! — орал Валера Васильев во время танца, при этом умудряясь ещё и подсвистывать в такт, словно пьяный баянист на деревенской дискотеке.

— Эх, если бы не Филька Эспозито, то порвали бы Бостон, как тузик грелку! — перекрикивая музыку, сообщил мне, а так же Валере Харламову Боря Александров. — А так всего 8: 4. Ничего, мы ещё их в плей-офф нахлобучим!

— До плей-оффа неплохо бы сначала дожить, — заметил Харламов, потешно пританцовывая на месте.

Кстати, Валера, в котором смешались горячая русская и испанская кровь, вообще любил потанцевать. Даже после тяжёлого матча в ресторане мог спокойно попрыгать под музыку. Лично я выходил на танцпол только за компанию, и по большим праздникам. И сегодня был такой праздник, мы выполнили требования нашего советского партийного руководства.

— Верно, — буркнул я и, вытянув шею, попытался рассмотреть, куда затесался шаман Волков, который ещё час назад вроде бы ушёл в туалет.

Очень уж мне не нравилось его сегодняшнее поведение и какое-то странное паническое состояние. Почему-то товарищу шаманидзе взбрело в голову, что нашу энхаэловскую команду со дня на день прикроют, а хоккеистов, не выпуская из Москвы, распустят по своим прежним клубам. И даже когда после финального свистка в раздевалку вошёл телекомментатор Николай Николаевич Озеров и пригласил всю команду завтра днём в Останкино на большое праздничное интервью, Волков всё равно упрямо мне прошептал: «Ничего, Иван, не будет, ни интервью, ни команды».

— Мальчики, можно к вам? — раздался приятный женский голосок и в наш тесный мужской круг вклинились три симпатичные девушки примерно 25-летнего возраста.

По крайней мере, в полутьме танцевального зала барышни выглядели очень даже ничего. Одеты модницы были в заграничные платья с такими тоненькими поясками на талии. И пахло от ухоженных волос этих нечаянных подруг приятными французскими духами.

— Валяй! — хохотнул Васильев и тут же, присвистнув, принялся подпевать ресторанным музыкантам, — синий, синий иней! Синий, синий иней!

И девушки, не обидевшись на такой хамоватый ответ, очень быстро «разбавили» нашу мужскую компанию таким образом, что между каждым представителем сильного пола оказалось по одной представительнице пола прекрасного.

— А, правда, что вы те самые известные хоккеисты, что из Америки приехали? — спросила нас самая высокая из девушек с русыми волосами, которые вьющимися локонами опускались на плечи.

— Ес, ес — обэхээс! — загоготал Харламов, чем вызвал улыбку на моём лице, а так же звонкий смех двух других девчонок, которые ростом были чуть пониже, зато имели более аппетитные женские формы, и отличались цветом волос, одна — рыженька, другая — жгучая брюнетка.

— Мальчики, а давайте после танца выпьем шампанского, — опять высказалась за своих подруг эта высокая и стройная девушка. — Расскажите нам про Америку, где мы ни разу не были. Правда, девчонки?

— Ничего мы в этой жизни пока не видели, — наигранно обиженным голосом произнесла рыжеволосая барышня.

— Не мОгем, у нас сегодня пивная диета, ха-ха, — громко захохотал Валера Васильев и вновь девчонки дружно и звонко засмеялись.

— Шампанское тренер не разрешает, — хитро улыбаясь, поддакнул Боря Александров.

— По последним данных американских учёных, во время регулярного хоккейного сезона шампанское вредно для спортивного долголетия, — авторитетно заявил Валера Харламов, чем опять повеселил наших случайных подруг.

И тут меня словно кто-то огрел твёрдым предметом по голове. Червячок сомнения мгновенно прокрался в мою душу и вдруг меня осенило: «А девочки-то эти не простые. Очень даже не простые. Не было их вначале вечера. Я бы таких красоток точно бы запомнил. Значит, вошли в зал недавно и сразу же направились к нам, потому что заранее знали, кто мы такие. Иначе в потёмках рассмотреть кто здесь хоккеист, а кто нет крайне сложно».

— А мы и от пива не откажемся. Правда, девчонки? — храбро заявила самая высокая из подруг.

— Правда! — пискнула улыбчивая брюнетка.

— Кстати, меня Ира зовут, — не по этикету первой представилась высокая девушка. — А это мои подруги: Наташа и Оля.

— Очень хотелось бы про Америку послушать, — произнесла, снова изобразив актрису, рыженькая Оля.

— Валера, Валера, Боря, Иван, — быстро представил нас Харламов и словно по заказу музыканты допели так называемую «Синюю песню».

— Не нравится мне всё это, — проворчал я в образовавшейся временной тишине. — Пойду, посмотрю, как там себя чувствует наш доктор Смит. На него от чего-то плохо действует акклиматизация, — сказал я Ирине, Оле и Наташе, и, развернувшись, стал пробиваться к выходу из ресторана.

— Извините, девочки, — буркнул Валерий Васильев и ринулся за мной.

— Куда вы, мальчики? — опешила красавица Ирина, которая мне чем-то внешне напомнила актрису Татьяну Ташкову.

— Извините, девушки, — хором произнесли Александров и Харламов, и тоже потопали следом.