— Так не честно, Вась, — кручусь у зеркала, поочерёдно прикладывая две толстовки к своей груди и зажимая телефон между плечом и ухом.

— Прости, — виновато тянет она. —Может, в следующий раз. Антон только с работы и очень устал.

Почему-то сейчас особенно ощущается, что между нами выросла стена и имя ей – Антон. За этот месяц Вася не смогла прийти ко мне в гости ни одного раза, и от этого становится обидно. Конечно, можно понять всё – отношения, притирка. Но ведь совсем не значит, что можно полностью забывать всех остальных друзей и растворяться в одном человеке.

— Ну, да, в следующий раз, — улыбаюсь и хмыкаю. — Кажется, это уже двадцатый по счету «следующий раз» и снова неудачный. Что ж, хорошего семейного вечера.

Совсем не хочу её задеть, но внутри меня сейчас много затаившейся обиды, и она диктует, что говорить и как реагировать.

— Спасибо, и тебе удачно провести время, — тепло отзывается она, будто совсем не замечает сарказма в моём голосе.

Задевает ещё сильнее и тут же слышу короткие гудки – Василиса кладёт трубку первой. Тяжело вздыхаю и больше не высматриваюсь в зеркало, выбирая какая толстовка больше подходит к джинсам. Надеваю ту, что держу в руках и нервно расчёсываю волосы. Желания краситься из-за испорченного настроение никакого нет, и так сойдет.

— Будь осторожна, пожалуйста, — просит Карина, стоит мне лишь спуститься на первый этаж. — Что не почитаю новости – так аж плохо становится. Куда только мир катится?

— Не переживай, — с улыбкой подхожу к ней и ободрительно сжимаю её плечо, а после целую в нос Софию, которая беснуется у Карины на руках. Такая взрослая уже, а с рук не согнать. — Буду поздно, но цела и невредима.

— А не замёрзнешь в одной толстовке? По вечерам уже прохладно, — продолжает тараторить она, окидывая меня беспокойным взглядом.

— Карина, — тяну губы в теплой улыбке. — Мне же не пять лет.

— Ладно-ладно, — отвечает тем же. — Иди, а то тебя уже, наверное, твой Ромка заждался, — указывает взглядом в окно, где за забором видно его машину.

Рома и правда, как всегда, очень пунктуален, поэтому мне приходится быстро всунуть ноги в кроссовки и выйти из дома.

— Мог набрать, я бы поторопилась, — заявляю, присаживаясь на переднее пассажирское сидение.

— Да ладно, — махает рукой, и приблизившись ко мне, оставляет поцелуй на щеке. — Мне несложно подождать.

Он уверено ведёт машину – купил её не так давно и очень задорого, поэтому относится к ней с особым трепетом и осторожностью.

— За Васей заезжать не нужно, — вспоминаю я, когда Рома включает поворотник, чтобы заехать на её улицу.

— Не удивлен, — пожимает плечами и больше никак не комментирует. Видимо, у меня чётко написано на лице, насколько сильно цепляет поведение подруги.

Мы добираемся в место назначения, когда веселье уже в самом разгаре.

Толпа людей и довольных возгласов. Здесь всегда собираются мотоциклисты, и устраивают незаконные гонки ближе к ночи. Наверное, поэтому место и стало таким популярным – здесь можно встретить едва не всех своих однокурсников поголовно. Половина университета точно насчитается, поэтому многие лица кажутся знакомыми.

— Пойдем, с другом познакомлю, — говорит Рома и тянет меня за руку в самый эпицентр событий.

Огромное скопление байкеров и многие из них выглядят соответствующее. Я бы даже сказала устрашающе: кожаная одежда, поджарое крупное телосложение, тяжелый взгляд и грубая мужская борода. Другие, наоборот, совершенно обычные на первый взгляд.

Ромка подходит как раз к одному из тех, кто сразу ассоциируется с настоящим байкером. Тянет ему руку для рукопожатия, а я стою рядом и молчу, внимательно наблюдая за происходящим. Даже ладонь у него такая, словно приложи он немного усилий, может вот так одним сжатием переломать Роме кисть.

Не понимаю, откуда в голове вообще берутся такие мысли? Они же, по Ромкиным словам, друзья. Тем не менее этот мужчина вселяет в меня немного паники.

Пока в голове крутятся дурные мысли, буквально ухожу в себя и не замечаю ничего происходящего вокруг.

— Сияна, что случилось? — Рома дёргает меня за плечо.

— А? — резко кидаю на него взгляд. — Ничего, просто задумалась.

Он понимающе кивает и тянет губы в улыбке – ему не привыкать, я часто могу подвиснуть, размышляя о чём-то.

— Так вот, Сияна, это Джек, — представляет он мне своего друга, и видимо не в первый раз.

— Странное имя, — тут же подмечаю. — Или это кличка?

Понятное дело, что второе. Просто совсем не возникает желания тянуть ему руку для рукопожатия. Мою он точно способен без усилий переломать.

— Имя, — твёрдо заявляет новый знакомый, без тени улыбки на губах.

Ну да, конечно. Разбирать, в какие моменты мне на уши пытаются повесить лапшу, могу безошибочно. Сейчас он именно это и сделал.