Ещё эта красная блузка. С первой минуты зацепился взгляд, она действует на нервы. Цвет раздражает, слишком напоминает одного человека, о котором нет желания вспоминать.

К тому же отец с его командами… Словно я ручной зверёк! Неужели думает, что мне нечем заняться и я должен тратить время на это недоразумение? Послал бы всё к херам, вот только нужно, чтобы он проспонсировал мой альбом, сказал пару слов нужным людям. А если сейчас показывать характер, то может отказать в помощи. И тогда поставлю под угрозу мечту не только свою, но и друзей.

Не понимаю, почему отец взял её без единой рекомендации и даже не захотел посмотреть других кандидатов. Если только… Чёрт, неужели он с ней уже был до этого знаком и их общение далеко от делового? Если это так, то сделаю всё возможное, чтобы Лили не осталась у нас. Сама сбежит через неделю. А если нет, то пересплю с ней — и отец её выгонит. Он же у нас правильный, когда дело касается моих грехов. Знаю, что не допустит, чтобы прислуга ошивалась в моей кровати. Хотя Лили смотрелась бы в ней хорошо.

Без зазрения совести разглядываю Лилиан. Не тороплюсь продолжать разговор или идти показывать комнату; она тоже молчит, словно воды в рот набрала. Вижу, как в её глазах плещется раздражение, и мне это нравится. Лили очень ярко реагирует на мои провокации, от этого хочется продолжать играть в кошки-мышки. Так же отмечаю, что лицо занозы всё усыпано веснушками. Не понимаю своего желания, но мне очень хочется коснуться их. Я совершенно не тактильный человек, поэтому этот порыв кажется непонятным. С одной стороны, хочу вышвырнуть Лили из дома, а с другой — попробовать на вкус. Чёрт. Полнейший абсурд. Возможно, это связано с тем, что обычно девушки стелются возле моих ног, а не пытаются ощетиниться. Я привык, что мне не нужно прикладывать усилий — противоположный пол и так заглядывает в рот, желая заполучить хоть толику моего внимания. Но заноза первая, кто пытается вонзить свои когти в мою шею. Очень любопытно.

— Значит, ты теперь моя обуза? — поджимаю губы, с пренебрежением откидываю прядь её золотистых волос за спину.

— Убери руки, — ударяет меня по ладони.

Этот жест вызывает смешок, она как маленький котёнок — пытается мяукать и царапаться.

— А то что? — делаю ещё один шаг вперёд, вынуждая Лилиан отступить назад и упереться бeдрами в стол.

Она резко поднимает голову, толкает ладонями в грудь. Не ожидал, что девчонка решится на подобное, поэтому позволяю ей выскользнуть и отпрыгнуть от меня на несколько шагов. Лилиан глубоко дышит, ярко демонстрируя уровень своего напряжения. Хорошо, пусть бесится.

— Приблизишься ещё раз, и я вырву тебе руки, — скользит взглядом по моему телу, поднимает глаза, устанавливая зрительный контакт.

Дерзкая сучка! Какие-то минуты назад только задумывался, чтобы затащить её в постель и с помощью этого подарить билет на увольнение. Но теперь эта идея кажется всё более заманчивой.

— Не смей так больше никогда разговаривать со мной! — цежу каждое слово по слогам, и они попадают в неё словно выстрелы. — Ещё одна такая выходка, и ты уволена. Хотя, ты же ещё не подписала договор, а, значит, и не устроена.

Не могу больше видеть этот до тошноты приторный красный. Прохожу мимо, не дожидаясь ответа. Если у неё есть хоть немного мозгов, то сейчас же заткнётся. Я не папаша, который с какого-то перепуга устроил благотворительность и принимает на работу не пойми кого. Даже если они спят, то это не повод тащить её в дом.

Подхожу к лестнице, ведущей на второй этаж. Мечтаю, чтобы Лилиан поняла, что ей здесь не рады, и ушла. Но, стоит повернуться, вижу, как она с невозмутимым выражением лица выходит из кухни, подходит ко мне, приподняв подбородок. Словно минуту назад не стояла красная от злости, не желала, чтобы под моими ногами разверзлась земля и я провалился на самый нижний круг ада.

— Мистер Ньюман сказал, что ты покажешь мне комнату.

Поражаюсь её самообладанию. Мне бы такое: почему-то рядом с ней мои эмоции зашкаливают. Практически прямым текстом указываю на дверь, а это недоразумение всё равно гнёт свою линию.

— И кстати, меня нанял твой отец. Получается, уволить может только он, — уголки её губ растягиваются в победной улыбке, а мои кулаки рефлекторно сжимаются. Появляется желание ударить о стену, чтобы хоть что-то отвлекло от этого наказания, свалившегося на голову.

— Проклятье, — вырывается еле слышно.

Не хочет по-хорошему свалить в закат, значит, будет по-другому. Молча поднимаюсь по лестнице, подхожу к двери, ведущей в гостевую спальню. У нас не одна пустующая комната, но именно эта находится рядом с моей. Если хочу воплотить свой план в жизнь, то так будет даже удобнее.

— Заходи, — открываю перед Лилиан дверь, показываю жестом, чтобы она прошла внутрь.

Хилл обходит меня. С этого ракурса отмечаю, что у неё очень даже симпатичная задница. Если уткнётся лицом в подушку и не будет открывать свой грязный рот, то на одну ночь точно подойдёт. Ну или на две с натяжкой. Потому что даже дважды с одной и той же для меня считается длительными отношениями. Это уж точно не про меня. Совершенно не интересуют привязанность, свидания и прочая ересь. Это, скорее, по части Дэйва. Друг любит забивать себе мозги розовыми соплями, а я предпочитаю брать от жизни всё. А девушки любят, когда я беру их в разных позах. Исключение из правил — Тиф, с ней секс по дружбе. Она знает всё, что мне нравится, частенько снимает напряжение. Плюс таких отношений в том, что она не претендует ни на какие обязательства — сама кайфует от времени, проведённого вместе. К тому же это, наверное, единственная девушка, которая для меня по-настоящему важна, несмотря на то, что я с ней иногда бываю просто конченым уродом. На её месте давно бы прибил такого придурка. А она терпит.