Тоже, видимо, экспериментальные. Но мы друг друга не заинтересовали. Судя по обрывкам негромкой болтовни, волчицам куда интереснее был завтрак — что дадут, сколько дадут, и можно ли взять еще. Не могу их винить.

И вот как-то так получилось, что к столовой мы подошли одновременно с другим взводом. Разница налицо. Те топали куда свободнее, в итоге сбившись в одну большую кучу, и тем же капралам с сержантом было откровенно плевать.

Мы же с легкостью приманили к себе внимание. Среди солдат, одних мужчин, я заметил пару-тройку с фингалами под глазами, совсем свежими — видимо, от вчерашних приключений Астер. Кто-то присвистывал, кто-то словами бросался, кто-то жестами показывал всякое — и я вдруг понял, что мои-то себя вполне себе неплохо вели все это время, раз ввязывались в драки только по самообороне. Эти же…

Ну да, полигон — та еще дыра, но не настолько ведь?

Выбросив дебилов из головы, я пробил на планшете явку и завел отряд в столовую. Тут ничего такого — длинные, на десяток человек, столы, стулья, стойка выдачи еды. Учуяв соблазнительные запахи, все волчицы разом заволновались и зашевелились, даже порывались было рвануть — но оглядывались на меня. Неплохо!

Пришлось немного притормозить, запуская девушек в очередь по отделениям, по одной. Тут больше всего толку было от Холли — хоть она и принюхивалась, но сохраняла голову и, фактически, поработала регулировщицей. Таша с Астер? Они разве что слюни не пускали. И то, может, просто я не заметил. Проблемка.

И все это — под смешки солдат, стоявших позади нас. Там, кстати, и вчерашний коротышка-лейтенант подтянулся. Сперва веселый, но, заметив меня, он сразу все веселье куда-то растерял и смотрел теперь со смесью злобы и ненависти. Да что я тебе сделал-то, скотина? Не дал над девушкой толпой поиздеваться? Ксенофоб дохуя, выкрученный в одиннадцать?

Да плевать. Я только улыбнулся ему в ответ и продолжил следить за взводом. Очередь продвигалась стремительно, повара едва успевали накладывать в тарелки и возвращать те в руки, как им уже пихали две новые. Повара, кстати, в гражданском. Местные? Вполне возможно. Еду-то наверняка закупали.

Короче, прошли все. И я тоже захватил поднос с завтраком и пристроился к одному из «наших» столов. Давали кашу перловую на молоке, хлеб, масло, кофе явно из пакетиков три в одном. Умял я все это быстро, но девки были куда быстрее.

Я даже задуматься не успел — стоит ли чего сказать, если кто-то принимается натурально вылизывать тарелку? А они уже закончили. И сидели довольные, потягивая кофе.

И с интересом поглядывая на стойку выдачи. Но тут у них шансов не было — еда пробивалась на определенное количество, добавки не дадут. Так что на парочку умоляюще-вопросительных взглядов только головой покачал.

А затем — обернулся, когда взгляды ушли мне за спину.

Другой взвод все еще ел, без особого интереса ковыряя тарелки. Лейтенант же их вразвалочку приближался ко мне, сообразив на лице что-то вроде плохо скрываемого ехидства. Теперь, когда у меня было время его рассмотреть — я это и сделал. Выглядел он сомнительно. В том плане, что этому человеку я бы ничего не доверил, основываясь только на внешности. Отталкивающий он весь — и морда лица, и походочка, и поблескивающая от сала шея.

Но, если объективно, ругаться-то не стоило. Формально этот мужик на нашей стороне, и вчерашнее вполне могло быть просто отдельным инцидентом.

Так или иначе, вставать я не спешил. Просто глядел. Затылком чувствовал, что глядели и девчата, да и его солдаты поглядывали, больше занятые негромкой болтовней.

— Доброе утро, Добровольский, — сказал он, выплюнув мою фамилию. Сомнительное какое-то начало разговора.

— Доброе, — согласился я нейтрально. — Извини, не знаю, как тебя зовут. Вчера не до вопросов было.

— Вот об этом-то я и хотел поговорить! — растянулся он в самодовольной ухмылочке. — Очень хорошо, что ты заговорил первым! А фамилия моя — Кронекер.

Ну, тут все-таки надо было подняться и протянуть руку. Ответное рукопожатие было жестким, словно он как мог сжимал ладонь. Неприятно? Да. Но терпимо, тем более что свою-то я расслабил.

— Кронекер, — ровно повторил я. — Так здесь и говорить-то не о чем. Твои парни стали домогаться до моего капрала и получили по роже. А ты просто стоял, пока не вмешался я.

От волчиц за моей спиной пошел тихий согласный гул.

Лейтенант же покраснел. От злости, точно — стыда или смущения в нем не было ни капли.

— Капрала, значит? Мои парни метелили рядового, сраного вора! Она пачку растворимого сока уперла, а воровства мы тут не терпим!

Последние слова он сказал громко, и получил со своей стороны громкий разноголосый гул поддержки. Да и часть других столов присоединилась — в столовую-то куча народу успела тем временем набиться и приняться за завтрак, это просто мы первыми подошли. И мы уж точно были не единственными офицерами в помещении — остальные с интересом наблюдали.

Да уж. Нашли себе развлечение.