— Капрал Астер, подойди-ка сюда.

Волчица оказалась рядом в мгновение ока — я аж волну воздуха спиной почувствовал, когда она приблизилась, заодно и пригнав легкий оттенок терпкого пота. Кронекер состроил самодовольную ухмылку, я же повернулся к девушке. Разумеется, она глядела преданным до гроба взглядом. И вообще выражала вся из себя такую послушную девочку, только что хвостом не виляла — из-за его отсутствия, более чем уверен. И это при том, что она выше меня на десяток сантиметров.

— Капрал Астер, это правда? Что ты украла пачку сока? — спросил я, глядя в глаза Кронекеру.

— Никак нет! Я оставила деньги на кассе и пошла на выход, продавец крикнул, что не хватает, и тут меня хлопнули по заднице. Ну я и бросила эту пачку парню в морду. Прямо в нос! — она аж засветилась от удовольствия, когда дошла до последних слов. — А там завертелось, во-от.

Я же сдерживал желание хлопнуть себя по лицу. Ну вот… ну вот! Не воровство, но ущерб оплатить-то нужно!

Впрочем, лейтенанту эта история понравилась еще меньше. У него на лбу натурально сосуд вздулся, таким червячком, что я на мгновение за него испугался. Весь багровый. И за спиной его несколько парней разразились смехом, еще и толкая в плечо одного из своих — у которого нос выглядел целым, но красным-красным от прилившей крови.

— Слушай, Кронекер, давай-ка разойдемся мирно, — сказал я, пока лейтенант не рванул. — Я могу прикрыть глаза на предыдущие недопонимания между нашими подчиненными, но это если ты признаешь, что сейчас был не прав. К чему нам вражда?

Еще немного — и можно было бы явственно увидеть, как у него из ушей пар идет.

— Твои… шавки! — воскликнул он, едва не сорвавшись на визг. — Ты здесь и суток не пробыл, а уже так за них вписался! Чего так вдруг?!

Ох сейчас бы врезать ему по роже, нос вмять поглубже, губы эти маслянистые в кровавую кашу разбить… Нет, нельзя. Это не выход. Надо сохранять спокойствие, потому как оно играет в мою пользу — а этот, того и гляди, скоро в истерику впадет. На чьей стороне тогда будут симпатии наблюдателей — очевидно.

— Песиков люблю, — пожал я плечами. — А ты песиков не любишь. А еще меня назначили их командиром, и своих людей я буду защищать, раз есть такая необходимость.

— Людей… Людей, да! Сраные шавки, везде свой нос суют!

Оп-па. А чего это мы?

— А чего это тебя так порвало, Кронекер? — прищурился я. Он заметно сглотнул. — Куда это они нос сунули, а? Ну же, не стесняйся, рассказывай!

— Не твое дело! Обложился суками, теперь их защищаешь…

— Ты дебил? — грубо перебил я. — Да, ты дебил. Намеки свои можешь засунуть себе в задницу. Вали, пока никто на тебя с цепи не сорвался — останавливать-то не буду.

А чего? Я ведь слышал приглушенное грудное рычание, которое доносилось то от одной девки, то от другой. Та же Астер глядела на лейтенанта так, будто уже примерилась, куда именно вцепится ему зубами в горло и предвкушает всю предстоящую кровищу. Руки ее сжимались-разжимались в кулаки.

Сам Кронекер вообще бледными пятнами пошел от злости. Уж точно порывался что-то сделать, но все же не сделал ничего — и это под пристальными взглядами эдак полутора сотен человек. Мужчины, женщины, даже гиноид один выглядывал из-за входа в столовую. Солдаты, офицеры. Сдается мне, наша мелкая ссора вышла больно уж громкой.

— Ты пожалеешь! — прошипел он так тихо, что я лишь по губам разобрал слова. Развернулся, чеканно переваливаясь как пингвин подошел к столу своего взвода. — Закончили? Тогда выметайтесь, впереди полоса препятствий!

От них послышался недовольный стон. Но лейтенанту было плевать — разъяренный и дерганый, он погнал своих на выход. Я же собирался было сесть обратно, как заметил призывный взмах рукой — это небольшой офицерский кружок меня к себе подзывал, собравшийся в дальнем углу столовой. Ну, подхватив недопитый кофе, направился к ним.

И дал отмашку Астер, чтобы она села на свое место, а не стояла тут столбом. Или за мной хвостиком — кто знает, чего там в ее голове творится.

Обстановка остыла, народ вернулся к еде — да, в общем-то, уже доел, и лишь ждал приказа от своих командиров, лениво жуя хлеб.

Итак, кружок офицеров. Целых шесть человек — три мужчины, возрастом от «пушок не высох» до «я видел некоторое дерьмо», и три женщины, все где-то в районе тридцати. Вот эти ребята мне на вид нравились больше Кронекера — хотя вид, конечно, может быть обманчив.

Сел на свободное место, обвел их вопросительным взглядом. Сделал глоток.

— Представление неплохое, Добровольский, но ты слишком резко взялся за дело, — негромко произнесла одна из женщин. — Девчата твои правда любопытные.

— Плевать. Лишь бы не мешался. У меня выход через три дня, а они тут три недели сидели без командования и дичали потихоньку, — так же негромко ответил я.

Они коротко переглянулись. Удивленно.

— Так ты только вчера сюда упал! — сказал тот видавший всякое мужчина, чье лицо от подбородка и поверх правого глаза пересекал корявый шрам. — Да и правда, ушастые ни в каких тренировках не участвовали. Только носы свои совали куда ни попадя.