Питерсон посмотрел на Эрику. Если изображения с камер видеонаблюдения могли это подтвердить, то на одного потенциального подозреваемого становилось меньше.

– Если записи с камер подтвердятся, то, уверена, это вас успокоит, – проговорила Эрика.

Тесс закрыла глаза и вновь открыла.

– Успокоит? Моя сестра мертва. В моем доме полным-полно судмедэкспертов, я только что сказала мужу, что хочу развода, и я осталась единственной, кто пытается все держать под контролем, – пробормотала она сквозь зубы. – Наши ресторан и дом под угрозой изъятия, и единственное, что может нас спасти – сдача этой чертовой квартиры, но пока я не уберу всю эту кровищу и прочую мерзость, я не могу никому ее сдать! – Ее голос взмыл до крещендо.

– Мне очень жаль, Тесс, – сочувственно произнесла Эрика. – Но у нас всего несколько вопросов, которые могут помочь расследованию.

– Ну, задавайте.

– Мы уже спрашивали об этом Джаспера…

– Я не хочу говорить о его осуждении за изнасилование.

– Дело не в этом. Вики когда-нибудь оставляла какие-нибудь блокноты, диски или флешки с данными у вас дома или в «Гусе»? Я имею в виду что-то, связанное с ее работой над подкастом. Причина, по которой я об этом спрашиваю, заключается в том, что она, возможно, планировала в одном из эпизодов подкаста раскрыть личность мужчины, который нападал на студенток колледжа, где она училась.

Тесс ненадолго задумалась.

– Нет. На работе она никогда ничего не оставляла. И обычно это я приходила к ней сюда, а она у нас почти не появлялась. – Тесс нахмурилась, ее голос был тихим и подавленным. – Хотите сказать, эти нападения мог совершить Джаспер?

– Два эти нападения, зафиксированные в полицейском протоколе, произошли в две тысячи двенадцатом году, в январе и феврале. Джаспер в это время был в тюрьме и освободился только в мае. Он не мог их совершить, – успокоила ее Эрика.

Тесс с облегчением выдохнула.

– Вики никогда не говорила со мной о своем подкасте – может быть, понимала, что мне это неинтересно.

– Она когда-нибудь занимала у вас деньги, мотивируя тем, что ей нужно платить актерам?

– За что платить?

– Чтобы они помогали ей озвучивать подкаст.

– Нет… Простите. – Теперь Тесс изменилась до неузнаваемости, стала кроткой и подавленной. – Она постоянно перебивалась какими-то случайными работами, их было так много, что я перестала за этим следить.

Когда Эрика и Питерсон вышли из квартиры Вики, в коридоре стоял Чарльз Уэйкфилд и ключом открывал свой ящик. Смерив их взглядом через плечо, он достал стопку писем.

– Доброе утро, – сказала Эрика. Он кивнул, закрыл ящик и снова запер его. – У меня не было возможности обсудить с вами тот вечер…

– А что случилось в тот вечер? – спросил он, поворачиваясь. Его лицо, казалось, развернулось на миллисекунду позже, чем тело.

– Когда я увидела вас в полицейском участке Льюишем-Роу…

– Я был там, чтобы сделать благотворительное пожертвование. Пришел вместе с братом, которого вы, я уверен, знаете.

– Да, мы знаем, кто он, – кивнула Эрика. – Но когда Вики Кларке вас там увидела, она отреагировала очень странно. Вы не знаете, почему?

– Нет, не знаю. Но понимаю, что она пережила очень большой стресс, и поздно вечером ее привезли в полицейский участок. Думаю, у меня была бы похожая реакция… – Эрика кивнула. К ее лицу вновь начала возвращаться чувствительность, и кожу саднило. Внезапно ее накрыло волной безысходности. Обе женщины погибли, и все, у кого она пыталась получить хоть какую-то информацию, либо ничего не знали, либо очень искусно скрывали то, что было им известно. – Я только что узнал новость о том, что вчера утром бедная девочка была убита, – добавил Чарльз. – И прежде чем вы начнете задавать вопросы, скажу, что на вечер четверга у меня есть алиби. Я ночевал у брата. После презентации в участке Льюишем-Роу мы ужинали в «Айви», вернулись поздно, я провел ночь в его доме в центре Лондона и уехал следующим утром. У него дом на Гросвенор-сквер. Не сомневаюсь, он охотно это подтвердит.

Ну еще бы, подумала Эрика.

– Надеюсь, на этом все, офицеры, – и Чарльз направился к своей входной двери, на ходу просматривая письма. И внезапно издал странный писк, услышав который, Эрика и Питерсон обернулись и вновь посмотрели на него.

– Все в порядке? – спросил Питерсон. Чарльз сжимал в дрожащей руке конверт, другой рукой прижимал к груди стопку писем.

– Да. – Его лицо расплылось в поспешной улыбке. – Да, все в порядке. Просто я удивлен, что получил письмо от старого друга.

Они наблюдали, как он приблизился к своей двери и вошел в квартиру, а потом вернулись в участок Льюишем-Роу.

Прошла неделя, за ней другая. Дело как будто замерло: список подозреваемых становился все короче, а возможность связать два убийства – все слабее. Судмедэксперт выдал им тела Софии Ивановой и Вики Кларке, и Мария Иванова вылетела в Болгарию.

У Риза Робинсона взяли образец ДНК, и он не совпал ни с одной из ДНК преступников, а его подружка подтвердила, что он действительно был у нее в тот вечер, когда в Северном Лондоне убили Софию. Мазок Шона Макавити совпал с ДНК, обнаруженной в студии звукозаписи в квартире Вики, но это было и так понятно, поскольку он помогал ей работать над подкастом. Единственное, что казалось Эрике подозрительным – что он непонятно чем занимался целый час после того, как нашел тело Софии, и не было свидетелей, которые могли бы подтвердить, в самом ли деле он провел этот час, гуляя по пустоши.