— Я не хочу тобой или Димой манипулировать. Я только ставлю тебя в известность. В критической ситуации он может поступить неправильно. Ошибиться. Не из злого умысла, не по глупости, а потому что у людей с его опытом есть склонность к таким ошибкам. Я всего лишь хочу, чтобы кто-то из нас, кто окажется рядом, предостерёг его от ошибки.

— А твой дядя? — спросила Слава.

— Что?

— Твой дядя. Ты уверен, что он ошибся?

Волконский закрыл глаза и кивнул.

— Да, к сожалению, уверен, — вновь открыв глаза, он оглянулся на картину. — В день высадки командование Священной Римской Империи назвали их предателями и дезертирами, предоставляя нашим войскам полное право уничтожить их. Генералу, что командовал нашими войсками и разбил дезертиров, даже медаль вручили. Так что да, — Владимир заглянул Славе в глаза. — Я уверен, что дядя ошибся.

Слава подошла к столу и налила себе вина.

— Мне нужно подумать.

— Конечно, — согласился Волконский. — Если хочешь, я предоставлю заключение психологов…

— Нет! Я хочу узнавать его сама, а не пользоваться такими… Методами.

Волконский улыбнулся.

— Завидую я Дмитрию. И надеюсь, что нам никогда не потребуется предостерегать его от неправильного решения.

— Главное, чтобы мы сами не ошиблись, — ответила Слава. — Это всё, что ты хотел рассказать?

— Да, — кивнул князь. — Если ты хочешь поделиться с кем-то информацией — пожалуйста.

— Ты хочешь, чтобы я это решала? — удивилась девушка.

Волконский кивнул.

— Да, учитывая ваши взаимоотношения, только ты имеешь на это право. Я буду молчать.

— Спасибо. Я подумаю, кому стоит рассказать.

Попрощавшись Славяна покинула особняк.

Петроград. Зимний Дворец

Январь 1984 года

Во внутреннем театральном зале дворца царил полумрак, только сцена выделялась светом, привлекая внимание зрителей. Хоть зал и назывался внутренним, но отвечал всем требованиям настоящих театральных залов, разве что рассчитан был на сотню зрителей максимум. Сегодня показывали детский спектакль, поэтому партер занимали в основном дети и немногочисленные няни. Анастасия, сидевшая на ближайшем к сцене правом балконе, наблюдала за братом. Мальчик снова одевался, как мальчик, но продолжал таскать при себе злосчастную куклу. Дмитрий посмотрел на балкон и, встретившись взглядом с Анастасией, вздрогнул и поспешил отвернуться. Удовлетворённо улыбнувшись, принцесса откинулась на спинку, не глядя на сцену. На балконе появилась ещё одна женщина, заняв место рядом. Анастасия покосилась на вошедшую.

— Мама, — нейтральным голосом приветствовала принцесса.

— Настя, — отозвалась женщина.

Обе замолчали. Анастасия поочерёдно собрала несколько жестов, подождала немного и повторила установку заклинаний. Наконец, она выдохнула.

— Можешь говорить, — тихо произнесла принцесса.

— Спасибо тебе. Дима вчера провалил проверку, — женщина с любовью посмотрела на мальчика с куклой. — Для него всё скоро закончится.

Анастасия на брата бросила презрительный взгляд, вздохнула.

— Стандартная процедура?

— Да, — подтвердила женщина. — Стирание памяти и новая личность. Если повезёт, он никогда не узнает о своём происхождении.

— Ура. Мелкий ублюдок, наконец, перестанет быть моей головной болью, — отозвалась Анастасия. — Самое никчёмное создание на этом свете, честное слово. Какая ирония, что именно это, по большому счёту, спасёт ему жизнь.

Женщина улыбнулась.

— Никчёмное — может быть. Но Дима куда человечнее тебя. И к окружающим относится куда лучше, чем ты к своим собакам.

Анастасия прищурилась.

— Да что ты понимаешь, старая карга? И научись уже прерывать беременность. Должность матери вовсе не означает, что ты должна радовать этот мир новым Романовым каждый год своей пустой жизни.

Анастасия закинула ногу на ногу и сложила руки в замок.

— Как всегда, язвишь, — продолжала улыбаться женщина. — Неужели завидуешь? Хотела бы ты оказаться на месте Димы? Забыть всё и попробовать жизнь обычной дворянки?

— Не говори глупостей, — на миг сморщила носик Анастасия. — Я на своём месте и делаю то, что мне нравится. Ничего другого для себя я не хочу. Тем более прозябания в «обычной жизни», — последние слова принцесса выделила интонацией.

Женщина лишь чуть кивнула в ответ.

— Жаль, я не смогла узнать, какую личность ему сделают, — вздохнула она.

— Глупость. Ты всё равно не сможешь с ним встретиться, — напомнила принцесса.

— Я знаю. Но зная имя, я могла бы попросить кого-нибудь.

Анастасия закатила глаза.

— Избавь меня от этих сопливых глупостей, мама. И нет, я не попытаюсь узнать, какую личность он получит.

— Я ни о чём таком и не просила, — с деланным безразличием отозвалась женщина.

— И не проси. Никого и никогда. Или ты хочешь, чтобы Алексей узнал?

Улыбка исчезла с лица женщины, она чуть втянула голову.

— Нет, не хочу.

— Вот именно. Я бы тебе посоветовала не дожить до того прекрасного дня, когда наш всеми любимый кронпринц взойдёт на престол. Быстрая смерть будет намного гуманнее общения с этим…

Анастасия промолчала. Женщина встревоженно посмотрела на неё.

— А ты?

— Разберусь. Если потребуется — вырву себе всё женское. Но вообще планирую оказаться подальше, где-нибудь на другом краю света.