– Очень смешно, – пробурчала Тэлли, вновь поднимаясь.

– Хейл, да брось ты, сестрёнка отлично справляется. Если бы пришёл чуть пораньше, увидел бы её успехи. За столь короткое время она научилась уворачиваться, и сегодня ей почти удалось ударить меня, – с гордостью проговорил Крест.

– Да, я видел, как она приземлилась, – вновь хихикнул Хейл. – Отличные навыки, Крест, ты потрясающий учитель.

Крест пробормотал себе под нос что-то едкое в ответ, но Хейл не расслышал, несмотря на то, что у аури тоже хороший слух. Хейл уселся рядом с Турреном, который помешивал угли в догорающем костре. Уже был вечер, и скоро можно было укладываться спать. Вокруг не было никого, но Хейл всё равно поставил «птичку», настроив её и на физическую магию, чтобы не попасть под удар, как в прошлый раз. Приглядевшись, Хейл заметил, что Тур не просто мешает угли, а аккуратно переворачивает запёкшиеся корешки.

– Опять бончак?! – воскликнул, не сдержавшись, Хейл. Он удивлённо посмотрел на бергмара и покачал головой. «Похоже, девчонка окончательно покорила Туррена», – ухмыльнулся он. В течение всего путешествия Туррен находил бончак на дороге и жарил коренья для Тэлли. Девчонка так бодро уплетала их, что Хейл пару раз подумал, не станет ли ей плохо от такого количества сладкого. Но, глядя на довольного Туррена, он понял, что эти двое точно нашли друг друга. Один любит готовить, другая – с аппетитом есть.

Туррен ничего не ответил, он понимал, что имеет в виду брат, но ничего не мог с собой поделать. Видя, с какой жадностью Тэлли съедала печёный бончак, он чувствовал радость. Ему нравилось, что он мог хоть как-то порадовать её. Много раз ночью он задумывался о том, через что пришлось пройти этой юной девушке. Ей было всего лет 20–25, но она уже познала предательство, когда родные оставили её в приюте, испытала боль утраты и теперь была вынуждена бежать. Ради защиты себя она начала учиться владеть мечом. Всё это вызывало в Туррене сильное чувство жалости, но он никогда не показывал его, чтобы не обидеть её. Тэлли была гордой, и проявление жалости могло вызвать у неё негодование. Поэтому Туррен решил просто стараться сделать её жизнь немного легче. И если для этого нужно каждый день жарить ей бончак, то он готов это делать. Тэлли уже села рядом с ним, положив голову ему на плечо, и в душе Туррена разлилось тепло, а губы расплылись в улыбке. Но тут он заметил удивлённые взгляды Креста и Хейла, которые уставились на него, и сразу же сделал суровое лицо. Не хватало ещё, чтобы они начали его подкалывать всю дорогу.

Крест закатил глаза и устроился с противоположной стороны костра, рядом с Токсом. Его беспокоило поведение парня. Он вёл себя странно, особенно в общении с Тэлли. То он был холоден, то, наоборот, проявлял слишком много внимания. Крест видел, что Тэлли тоже не понимает, что происходит, поэтому стала держаться поближе к Туррену, подсознательно ощущая, что тот может её защитить. В глубине души Креста немного расстраивало, что Тэлли не испытывает таких же эмоций к нему, но он не был готов в этом себе признаться. Она была для него как младшая сестра, и пока этого ему было достаточно. Он верил, что придёт время, и она доверится ему тоже. Но это не мешало ему пристально следить за Токсом, чтобы парень не натворил чего-нибудь глупого.

Токс сидел, понурив голову, его терзали противоречивые чувства. Он наблюдал за боем Тэлли и Креста, и в какой-то момент произошло нечто, что заставило его резко сжать зубы и кулаки, чтобы не потерять контроль. Крест зацепил Тэлли за рукав и потянул на себя, после чего её рубашка задралась, оголив спину и живот. Токс, пристально следивший за боем (или за Тэлли, в чём он боялся себе признаться), увидел её тело в мельчайших подробностях. Перед его глазами вновь всплыла та же картина, что мучила его по ночам: Тэлли лежит на кровати, а он склоняется над ней, целуя и медленно снимая с неё одежду. Эти сны сводили его с ума, а теперь и днём не давали покоя. Он был словно зачарован девушкой, её любое касание ощущалось как удар молнии, всё его тело натягивалось, как струна, в ожидании разрядки, которая никак не наступала. Это выводило его из себя, и поэтому он начинал сторониться Тэлли. Но её отсутствие заставляло его страдать, и в итоге он всё равно возвращался к ней, возобновляя общение.

Они часто вспоминали прошлое, но когда речь заходила о Линель, Тэлли тут же замолкала. Токс решил, что она скучает по подруге, и поэтому перестал упоминать её имя, стараясь говорить только о тех случаях, когда они были вдвоём.

– Завтра выйдем к реке, а оттуда уже направимся прямо в Рокин, – вдруг объявил Хейл, устраиваясь на боковую. Он планировал поспать несколько часов, чтобы затем сменить Креста на дежурстве.

– А вы долго планируете быть в Рокине? – поинтересовалась Тэлли, но Хейл проигнорировал её вопрос, уже закрыв глаза и настраиваясь на сон.

– Не думаю, ночь или две, не больше, – ответил за него Туррен.

– Говорят, там самый огромный рынок среди всех городов, – с энтузиазмом продолжила Тэлли В Соуджене был большой рынок, но по словам путешественников, рынок в Рокине был в пять раз больше. Там можно было найти товары из всех уголков мира, и девушке не терпелось увидеть лавки ремесленников. Говорили, что некоторые из них создавали свои товары прямо на рынке, демонстрируя своё мастерство. – Я очень хочу там побывать, – мечтательно протянула она.

– Что ж если так хочешь, значит сходим, сестрён, – проворчал Крест, затачивая свои ножи. Для него это был лучший способ провести время, и оружия у него было достаточно, чтобы всегда было что привести в порядок. Краем глаза он поглядывал на Токса, который сидел спокойно, задумчиво глядя в костёр. Лишь когда Хейл заговорил про Рокин, парень встрепенулся. «Похоже, он надеется, что там сможет увести девчонку», – подумал Крест. Он пришёл к выводу, что если Токс попытается забрать Тэлли, схватка неминуема. «И Хейл не будет последним, кто вступит в бой. Чем же она его так привлекла?» – размышлял Крест, натачивая ножи и бросив мимолётный взгляд на Тэлли. Он не видел в ней ничего из того, что обычно привлекало Хейла в женщинах. Даже в сравнении с леди Ви или её девочками, Тэлли не годилась им и в подмётки. «Нет, она хорошая, забавная, с миловидным личиком. Но Тэлли не та, из-за которой парни устраивают заварушки», – хмыкнул Крест, убирая ножи. Пора было выходить на стражу лагеря, Хейл уже спал, а значит, ему предстояло дежурить половину ночи. Хотя Хейл говорил, что здесь безопасно, лишняя предосторожность не повредит, и они решили продолжать охранять лагерь, даже с «птичкой».