Однако в следующее мгновение она задумалась над вопросом о том, кто же тогда коммунисты? Явно не Слизерин…

[1] Жженое вино голландских «спиртоделов» - первый шаг в истории создания коньяка и бренди.

[2] Арацци - гобелены из города Аррас. Вердюра (от фр. verdure — зелень, трава, листва) – в XVI веке так называли изображения животных и птиц на фоне природы, но вскоре это наименование закрепилось за самими произведениями шпалерного искусства.

[3] Татцельвурм (нем. Tatzelwurm, от немецкого Tatze — Лапа, и Wurm — Червь, то есть Червь с ножками), также Шпрингвурм, Штоллвурм, Хазельвурм, Мурбль) — мифическое существо, разновидность дракона, обитающая, согласно преданиям из фольклора альпийских горцев, в Альпийском регионе и прилегающих к нему странах. По мнению некоторых учёных (в первую очередь криптозоологов, но также и некоторых представителей официальной науки), существует и является амфибией или рептилией, распространённой в Альпах.

[4] Предполагается, что речь идет о танце с раздеванием.

[5]Патефон (фр. Pathephone) — механическое устройство для проигрывания граммофонных пластинок, переносная версия граммофона. В отличие от граммофона, у патефона рупор маленький и встроен в корпус, сам аппарат скомпонован в виде чемоданчика, переносится в застёгнутом виде за специальную ручку.

[6] Тьютор (англ. tutor — наставник, репетитор, преподаватель, частный педагог) — неформальная педагогическая должность. Синонимы: репетитор, частный преподаватель.

[7] Ментор — (устаревшее, в ироничном смысле) руководитель, наставник, воспитатель.

[8] Хольмгард – столица волшебной страны Гардарики на Северо-западе Европы.

В реальной истории Хольмгард (Holmgar?r) — столичный древнерусский город из скандинавской литературы, традиционно ассоциируемый с Новгородом.

[9]Talar du ett nordiskt sprak? (швед.) – Ты говоришь на северном наречии?

[10] Du menar det gamla nordiska? (швед.) – Имеешь в виду старый нордик?

Глава 5

Часть II . Накануне

Глава 5.

Летом они подтягивали хвосты. Доучивали то, что не успели выучить раньше, и пытались разобраться в том, кто есть кто в магической и магловской Англии, ну или в Объединенном королевстве, если иметь в виду не только Англию, Шотландию и Уэллс, но также Ирландию, Нормандию и Бретань. Политика, история, персоналии. Мод отчего-то особенно заинтересовала Анна Энгельёэн, а Олег сосредоточился на Блэках и на Поттере. Однако в открытых источниках, - во всяком случае в тех, до которых они добрались, - ничего интересного найти не удалось. Не ясно было лишь, зачем, вообще, искали. А в остальном, все было просто замечательно. Аборигены говорили про такое, «жизнь удалась»: хороший волшебный дом, отличный секс по дружбе и магловский Лондон, в котором чего только нет, а чего нет, то можно найти по соседству, во Франции, Брабанте или Нидерландах. Они ходили в кино и в театры, благо Феррерс-хаус находился в самом центре города, откуда рукой подать и до Британского музея, и до Королевской оперы, и до площади Пикадилли. Денег было в достатке, развлечений море и волшебный квартал под рукой, в особенности, если заходить не через «Дырявый котел» на Чаринг-Кросс-Роуд, а через букинистический магазин «Перо и пергамент» на Бейкер стрит. А там улицы и переулки, уютные скверы и крошечные площади, и великое множество магазинов, лавок и контор, не считая ресторанов, кафе и кондитерских, большинство из которых открыты круглые сутки, потому что тридцатитысячное население магической Англии, казалось никогда не спит. Во всяком случае, на Фейной площадке и вокруг Бандури[1]-плэйс жизнь не замирала никогда, а ночной клуб со стриптизом «Одеон», в котором выступали французские и болгарские вейлы, считался лучшим в Европе. Мод там понравилось, что уж говорить про Олега, который и на улицу Красных Фонарей, в бордель «Веселая Суккубочка» сходил бы, но перед Мод было неудобно. Так что секс с ламиями[2], русалками и прочей нечестью пришлось отложить на неопределенное будущее. Впрочем, развлечений хватало и без таких экстремальных извращений.

Однако лето не вечно, и, в конце концов, пришло время ехать в школу. Экзамены за пятый класс они сдали успешно и должны были начать новый учебный год сразу на шестом курсе. При этом их «опекун» - вышедший в отставку аналитик Отдела тайн, - так и не смог добиться от Дамблдора, чтобы Олегу и Мод предоставили нейтральное жилье. С маниакальным упорством этот старый пердун загонял их на Гриффиндор, хотя серьезные люди не раз и не два объясняли ему, что эти двое «голубая кровь» и «белая кость», могут и не прижиться среди красно-золотых. Но, видимо, у Великого Светлого Волшебника имелись на Олега и Мод какие-то свои особые планы, так что директор уперся рогом, и сдвинуть его с места не представлялось возможным.

– Извините, ребята, но это один из самых упертых типов в магической Англии, - развел руками невыразимец Вудворд, - Строит из себя добренького дедушку, сука, но, на самом деле, та еще сволочь, только вслух об этом говорить не стоит. Заклеймят темными, потом греха не оберешься!

С Берти Вудвордом они за прошедшие полгода довольно крепко сдружились, и он вполне свободно мог называть их ребятами и обращаться к ним на «ты» и по имени. И, более того, он был с ними предельно откровенен, называя вещи своими именами и посвящая их во многие и многие «тайны Мадридского двора». Такое отношение к своим юным друзьям он мотивировал тем, что легилименция[3] на них не действует от слова совсем, и сами они более чем разумны и, разумеется, принципиально нетрепливы.

– Сам я учился на Рейвенкло, - рассказывал он им за бокалом хорошего магловского вина, - но, в принципе, Гриффиндор ничем не хуже, хотя мозги гриффиндорцам Дамблдор засрал основательно. Не всем и не тотально, но на всякий случай держите ухо востро. Лишнего не говорите и никому на слово не верте. Львятам очень хорошо удается дружить не за, а против.

Хорошее напутствие и неплохое руководство к действию. Но они это и без него знали. В особенности, Олег, для которого это был уже четвертый мир. Но вот, что любопытно, здесь, в магической Англии Олег стал забывать другие миры. Не так, как собственную жизнь там и тогда, где и когда его звали Олегом, но все-таки и Норланд с Арелатским королевством, и Каркаранд, откуда они бежали с Мод, начали постепенно отступать в тень, уступая авансцену магической Британии. И сам он все быстрее и, похоже, уже безвозвратно становился Гилбертом Сегрейвом со всем, что связано с этим именем, с придуманным прошлым и реальным настоящим, которое обещало ему непредсказуемое будущее.

На платформе 9 3/4 они не встретили никого из знакомых, и это было логично. Летом во время экзаменов они пробыли в Хогвартсе всего три дня и не успели ни с кем толком познакомиться. Несколько старшеклассников с Гриффиндора, да еще Анна Энгельёэн со Слизерина. Вот и все, собственно. Поэтому сейчас при посадке на Хогвартс-экспресс они лишь заметили несколько отдаленно знакомых лиц, и кто-то, кого они не узнали, улыбнулся им, приветственно помахав при этом рукой. Однако не успел поезд отойти от перрона, как в купе, которое они заняли, вошла Анна Энгельёэн. Странно, но эта холодноватая блондинка с нордическими чертами лица вела себя так, как если бы они были давними и к тому же близкими друзьями. Она поцеловалась «шечками» с Мод, приветственно кивнула Олегу и, плюхнувшись на диванчик рядом с ним выжидательно посмотрела на свою визави.