– Я уже впутана, – напомнила ему. – Это моя работа и наша участь. Не только твоя.

– Нет ничего нашего в числе того, что может навредить тебе. Я справляюсь с этим один, ясно?

– Нет, мне не ясно, – возразила я. – В какой момент ты стал считать меня слабой женщиной, Деметрио?

– Я не считаю тебя слабой, – опроверг он. – Я считаю, что ты была сильной слишком долго, а моя обязанность – снять с тебя это бремя. В конце концов, я твой мужчина.

У меня больше не было предлога для того, чтобы продолжать перечить ему.

И на самом деле он был прав. Во всём.

Идти на эту встречу – плохая идея, даже при условии, что они ни на секунду не оставят меня одну. Будет ли в итоге риск стоить того? Никто из нас не мог точно знать.

Чувствуя себя странно, отпустила лицо Деметрио, однако лишь на мгновение, потому что через секунду он уже вернул их обратно, глядя мне прямо в глаза.

– Я убью его прямо там, если что-то пойдёт не так, – сдавшись, предупредил он нас обеих.

Мы с Арабеллой посмотрели друг на друга, как я предполагала, думая об одном и том же, и уголки наших губ одновременно приподнялись в загадочных улыбках.

– Мы тебе не помешаем, – ответила я ему.

Только поможем.

Глава 22

Было глупо даже пытаться противостоять ей.

На что я надеялся? Так или иначе, я хотя бы попытался, потратив свой лимит «нет» на ближайшие десять лет.

Это в последний раз. Если кто-то другой или Джерри вновь захотят встретиться с ней, этого не произойдет. Ни Эбигейл, ни Арабелле, ни кому-либо ещё не удастся уговорить меня.

Как хорошо, что необязательно отказывать ей словесно, чтобы никуда её не отпустить. Можно найти то, что заставит её остаться со мной, а не тратить своё драгоценное время на других мужчин.

Например, поцелуи.

Хотя сейчас это не сработало, несмотря на то, что наши губы практически не отрывались друг от друга уже больше двух минут.

Она точно всё ещё хотела пойти? Стоило ли использовать клыки, чтобы напомнить ей, что мы могли заняться куда более приятными вещами, чем наша работа?

Мои пальцы зацепились за вырез на платье и дёрнули его кверху. Эбигейл подпрыгнула на месте от силы, с которой я это сделал, и засмеялась, отрываясь от меня.

– Перестань!

– Не могу.

Я знал, что она больше не считает себя объектом всеобщего обожания, будучи искренне уверенной в том, что шрам страшно изуродовал её, однако я-то видел, как они на неё смотрят.

Я ненавидел мужчин.

Всех существующих, за исключением тех, кого она не привлекала. То есть слепых и Дэниела. Неро тоже. Но я имел в виду только тех, кто успел стать свидетелем её красоты. Возможно, в будущем найдётся кто-то ещё. Я сомневался, конечно, но надеялся.

Я не хотел потратить всю свою жизнь на убийство ублюдков, которые выступали в роли потенциальной угрозы для неё. Мне хотелось провести свою жизнь непосредственно с Эбигейл.

Мои губы вновь захватили её.

– Я буду здесь, – напомнил ей. – Просто посмотри на меня, если что-то пойдёт не так, хорошо?

– Хорошо.

Она прижала ладони к моим щекам и углубила поцелуй.

О, я не хотел отпускать её. Мы могли вернуться в Лас-Вегас? Я мог снова оказаться перед ней на коленях? А затем устроиться на её мягких дрожащих бёдрах и вспомнить что-то хорошее?

Потому что всё плохое обо мне она уже знала.

Я хотел больше рассказать ей о братьях и маме. Услышать, как она смеётся. Увидеть, как улыбается мне.

И получить что-то хорошее от неё в ответ.

Она любила свою маму, несмотря на всё, что узнала о ней. Они были крепко связаны, как мы с моей.

Могли ли они подружиться там? Я бы хотел верить в это.

А ещё… Та девушка, с которой она дралась. Возможно, она ещё не была мертва. Мы могли бы попытаться найти её. Я бы сделал это для Эбигейл. Всё, чтобы она была счастлива.

Кто-то резко ворвался в наше пространство, и мы тут же ощутили присутствие третьего лишнего. Недовольство прокатилось под моей кожей, хотя я знал, кто нам помешал.

Для внутреннего спокойствия мне нужно было провести с Эбигейл ещё немного времени. Неужели понять это так сложно?

– Отпусти её, Деметрио, – громко выдохнув, попросила Арабелла. – Ей пора идти.

– Знаю, знаю, – проворчал я.

Губы Эбигейл покинули меня первыми: она понимала, что я бы не сделал этого. Меня не смущало, что кто-то видел нас вместе. Наоборот.