— Моё почтение, ваше высочество, — Лемминкайнен оторвал задницу от камня, и даже изобразил что-то вроде лёгкого поклона.

— Привет, чудин. Какое у тебя дело ко мне?

— Не могли бы мы переговорить с глазу на глаз, ваше высочество?

Балин сделал повелительный жест, и его телохранители вместе с Кьяллой отошли на полтора десятка шагов и образовали защитный периметр.

— Балин, у меня дело ни к тебе, а к Хоралу. Но мне нужны сопровождающие, у которых будет твой приказ — доставить меня маршалу. Также, я могу передать ему какое-нибудь сообщение от тебя, или послание, — без всяких церемоний выпалил Лемминкайнен.

— Чудин, какое у тебя дело к маршалу?

— Поверь мне, старый друг, дело очень важное. И я даже тебе не могу рассказать какое именно. Однако, по старой дружбе могу намекнуть, что если моя миссия будет удачной, то вскоре у вас появится очень сильный союзник, который поможет вам сокрушить рудокопов. Кто этот возможный союзник, я, естественно, сказать не могу. Пока не могу. Но если дело выгорит, то клянусь — ты узнаешь об этом первым.

Гном щурил свои хитрые глаза и внимательно смотрел за мимикой чудина, а также нюхал его запах. Все органы чувств говорили Балину, что его собеседник не врёт. Ну и плюс — у собеседника была вполне определённая репутация. А также чудин вполне отдавал себе отчёт, что будет, если он обманет сына короля гномов.

— Скажи, глашатай, если всё, что ты говоришь — правда, то почему тогда ты ещё не на нашей стороне?

— Ты задал самый правильный вопрос, Балин. Самый правильный. Поэтому я скажу тебе то, чего не знает ещё вообще никто. Если моё дело выгорит, то Чудь пересмотрит свой нейтральный статус.

— Хочешь сказать, что мы сможем увидеть в деле самого князя Йоукоханена и его дружину? — гном был явно удивлён услышанным.

— Вот именно. И возможно, что и не только дружину. Мало того, я думаю, что при таком раскладе мы увидим здесь самого короля Эйкинскьяльди с его войском. Так что, старый друг, ты понимаешь, НАСКОЛЬКО это важное дело? И насколько безотлагательное? Время, Балин, время…

Принц Балин всё понял правильно. Он быстренько накидал бравурное и пафосное донесение для маршала, снабдил Лемминкайнена пропуском и в сопровождении Кьяллы и четырёх его воинов отправил чудина к Хоралу.

Хочешь сказать, почему Лемминкайнен не пошёл сразу к маршалу, ведь первый может сам добраться куда угодно? Ну смотри — насчёт возможностей чудина ты абсолютно прав (я всегда говорил, что ты у меня умный парнишонка). Конечно же, возможностью телепортации, как Старая Грымза, он не обладал, однако пробраться мог действительно куда угодно, и никакие мелкие, злобные людоеды ему для этого были не нужны. Однако, если бы Лемминкайнен заявился к Хоралу по-тихому, минуя все посты, пикеты, заслоны и заставы, то маршал счёл бы такие действия чудина не только невежливыми и оскорбительными, но и содержащими скрытую угрозу. Таким образом, миссия была бы провалена, так и не начавшись. Поэтому, Лемминкайнену, как опытному политику, пришлось совершать определённые дипломатические манипуляции.

Путь до Хорала был неблизкий, поскольку маршал находился на Восточном фронте, а Лемминкайнен на самом западе западного направления. Что характерно, через территорию, контролируемую войсками Западного фронта, Глашатай Чуди и его спутники прошли скрытно. Чудин не хотел лишних встреч, лишних разговоров, да и лишних глаз тоже. Чем меньше будет тех, кому известно об его миссии, тем лучше.

Нет смысла описывать весь долгий путь по горным хребтам, поэтому этот отрезок мы с чистой совестью перемотаем. В общем, несмотря на долгую и нелёгкую дорогу, добрался Лемминкайнен до орочьих пикетов полковника Иргана без приключений.

Доложившись Иргану и получив от него провожатых, Глашатай Чуди направился в расположение маршала.

Хорал вместе с гвардейским полком Шарка и телохранителями-каббарами расположился в одной из захваченных у рудокопов горных крепостей. Туда, вместе со своей гномье-орочьей свитой, и прибыл Глашатай Чуди. По окончании всех церемоний официальной части Лемминкайнен попросил у маршала аудиенции с глазу на глаз. И уже оставшись с Хоралом наедине, чудин и поведал первому о могущественных силах с поверхности, которые готовы были присоединиться к войне против Рудокопов.

— Пять тысяч! Пять тысяч, и не меньше! Иначе, какой от них толк? — выдвигал свои условия Хорал.

— При всём уважении, маршал, но это нереальная цифра. Они сами ведут войну и поэтому физически не смогут столько дать.

— И сколько же смогут? — недовольно проревел огромный каббар.

— Две тысячи — гарантировано. Но если постараться, то могут и три. Но это абсолютный максимум. Больше просто не смогут.

— Три — это мало. Очень мало. Вспомни, когда ты и твоя Чудь вместе со мной ходила на Город Семи Владык — нас было тогда гораздо больше чем сейчас. И чем всё закончилось?

— Если бы не Ящер, то мы бы взяли город, — оправдался Лемминкайнен.

— А ты думаешь, что в этот раз Ящер не вмешается? — зло проревел маршал.

— Если бы ты боялся Ящера, то не ходил бы на Рудокопов. Однако, ты ходишь. А это значит, что какой-то козырь у тебя есть.

— И не один… Вопрос только в том, сыграют мои козыри против Ящера, или нет…

— Но тем не менее, ты играешь.

— Но тем не менее, я играю… И конечно же, лишняя фигура на доске — лишней не будет. Вот только сможет ли эта твоя фигура помочь мне выиграть? Я сомневаюсь.