Земляна и Маруся подхватили меня с двух сторон.

— Что с тобой? Будто черти молотили!

— Не. Это я молотил. И не чертей, а змей. Ну, то есть, мы с пауком молотили. Паука, кстати, забрать бы надо. И банки тоже. Банки — ценная вещь, пригодятся.

— Господи Иисусе! — Маруся всхлипнула и перекрестилась. — Нешто барин умом повредились?

— Да если бы. — Земляна смотрела на меня осуждающе. — Опять, поди, в одиночку в Пекло лазил… Сейчас.

Она кастанула Восстановление сил. Полегчало. Объективно, подпорки в виде девушек мне уже не требовались. Но идти в столовую вот так, втроём, интереснее, чем одному. Я обнял Земляну и Марусю покрепче.

— Ладно, девочки, уговорили. Будем лечиться.

— В постель вас уложить? — спросила Маруся.

— Звучит заманчиво, как-нибудь осуществим. Но не сейчас, у меня там паук брошенный остался. Так что пока в столовую. Перекусим, чем бог послал, и вперёд — выручать боевого товарища.

Пока шли к столовой, наткнулись на вернувшегося из Поречья Захара. Из кабинета покойного графа выскочил на шум Неофит.

Через час, восстановившись и подпитавшись амулетами, я вернулся в Невгин. В сопровождении Земляны, Захара и Неофита, понятное дело, кто б меня одного туда отпустил.

Не успел материализоваться — долбануло родиями. Я не сразу понял, что происходит, на всякий случай выхватил меч. Но оказалось, что всё уже произошло.

Над грудой поверженных летучих мышей стоял паук — гордый, как лев. Увидев меня, замигал восемью глазами. Будто щенок хвостом завилял.

— Моя ж ты умница! — умилился я. — Даром времени не терял, да?

— Это что? — спросил Неофит. Я переместился вместе с ним.

Неподалеку материализовались Земляна и Захар. Задали тот же вопрос.

— Это наш образцовый боец продолжает выполнение боевой задачи. Даже туши в кучу сложил, чтобы палить удобнее было… Так служить, дружище! — Я потрепал паука по металлической спине. Паук горделиво переступил металлическими ногами. — Захар, займись тушами. Земляна, Неофит, вы со мной.

Мы пошли к схрону, устроенному железным человеком. Паук бежал за нами.

— И это вот и есть Пекло? Да? — Неофит с любопытством озирался по сторонам. — Всамделишное?

— Пекло. Ещё не самое жаркое, но вполне всамделишное.

— А почему земля вокруг изрыта?

— Экскаватор-стахановец потрудился. Полезные ископаемые добывал.

— Туда сложил? — понятливая Земляна ткнула пальцем в сторону единственного уцелевшего здания.

— Угу.

— Ловушки?

— Костомолки. Сплошняком всё утыкано, как ёж иголками.

— И что делать будем?

— Да есть одна идейка…

— Ты всё понял? — спросил я у Неофита.

— Конечно! Давайте уже скорее!

— Давайте.

Неофит отошёл в сторону. Мы с Земляной встали у входа в схрон. Я запалил Манок.

— А полезут они на него? — напряженно спросила Земляна.

— Должны. Чего бы им не полезть?

— Ну, не знаю. Тут Пекло всё-таки.

— Да ну! От перемены локации повадки тварей не меняются. Должны появиться. Ждём.

— Вижу! — пискнул Неофит.

И мы тоже увидели. Вдали показались летучие мыши, целая стая.

— Кучно идут, — обронила Земляна.

— Да тут вообще твари жирные, я тебе давно говорю. И непуганые. Можно сказать, практически невинные.

На этом беседу пришлось закончить. Приближались мыши быстро.

В момент, когда мы могли уже в подробностях различить направленные на нас когти и оскаленные пасти, я скомандовал:

— Марш!

Мы с Земляной дружно переместились Знаками на другую сторону схрона. Планируя операцию, я опасался, что мыши могут оказаться умнее, чем думаю. Но — нет, сработало, как и рассчитывал. Мыши всей стаей поломились в дверной проём — полагая, видимо, что глупые охотники укрылись в здании.

Мы в тот же миг одновременно скастовали Полёт, взлетели над схроном. Крыша, стараниями железного человека, отсутствовала, происходящее внутри было видно, как на ладони.

Земляна кастанула Свет истины. Мы увидели, как мыши впиливаются в расставленные ловушки. Слух усладил хруст ломающихся костей.

Некоторые особи сообразили, что дело неладно, и попытались свалить через отсутствующую крышу. Но мы кастовали Полёт не с целью похвастаться, как прикольно умеем. Мыши, посеребренные Морозом, посыпались вниз. Обезвреживая тем самым оставшиеся ловушки.

Радостно взвизгнул Неофит — уцелевшие крысы бросились к двери. Пацан принялся сшибать их Ударами.

Через минуту всё было кончено. Я заглянул в схрон. Свет Истины показал единственную уцелевшую Костоломку, в самом дальнем углу. Я подобрал крысиную тушу, валяющуюся на пороге, швырнул туда. Ловушка послушно переломала её в винегрет, после чего разрядилась.