— Может быть, ага. Склероз у колдуна — почему нет? За столько лет, сколько они живут, ещё и не то подхватить можно… Ладно, понял тебя, отдыхай. Я к мастеру Сергию.

Мастер Сергий встретил меня ещё радостнее, чем Прохор. Схватился за голову.

— Никаких новых заказов! — тут же с порога объявил я. — Один вопрос, и тут же уйду.

Мастер Сергий выдохнул. Выжидающе наклонил голову.

— Помнишь, от Троекурова амулет притащили, про который ты сказал, что может определять, есть ли в человеке Сила?

— Помню, как не помнить. Забавная штука.

— А тварную Силу этот амулет может определять? Ну, там, показать, что где-то рядом колдун, например?

Мастер Сергий задумался.

— Да может, наверное. Сила, она Сила и есть. А в высших тварях её немало.

— Отлично, я так и думал. Дай-ка мне этот амулет.

— Да как же я тебе дам то, что ты велел забрать?

— Я? Велел?

— Ну да. Прибыл намедни добрый молодец. Я, говорит, от Владимира, из нового оплота. Мне нужен амулет, который Силу определяет, Владимир приказал принесть. Ну, я и отдал… Али не надо было?

— Не-не, всё правильно, это уже у меня склероз. Забегался вкрай… Бывай, мастер Сергий!

Мы попрощались.

Через полчаса дошли до нового оплота. Неофит здесь ещё ни разу не был, на бывший дом Воздвиженской уставился с восхищением.

— Ух ты! Неужто это наш оплот такой богатый?

— Наш-наш. Заходи, не стесняйся, — я открыл дверь.

И тут же услышал речь, которую не перепутал бы ни с чьей другой.

— Любезный. Вы что таки себе позволяете? Вы здесь в уважаемом заведении, или к тёще на блины пришли, чтобы так капризничать?

— Я — капризничать? — возмутился незнакомый голос. — Я всего лишь сказал, что не могу открыть в этом здании приёмный пункт, потому что не соблюдены правила…

— Я таки вас умоляю! Какие могут быть правила для того, чтобы получать прибыль? Если бы кто-то пришёл ко мне и сказал — Яков Соломонович, охотники выбрали твой дом, чтобы приносить туда золотые косточки, вы думаете, я бы им отказал?

— Да причём тут вы! Я говорю, что у меня предписание! Прежде чем открыть приёмный пункт, я должен убедиться, что в здании соблюдаются меры безопасности…

— Ну и где вы тут увидели хоть какую-то опасность? Даже если бы я был прекрасной юной девой на выданье, не нашёл бы для себя более безопасного уголка!

Словно в подтверждение слов, прокуренный старушечий голос затянул разудалую песню. Её дружно подхватили мужские голоса. Содержание сводилось к тому, что если любовь горяча и взаимна, то дожидаться похода под венец совершенно не обязательно.

Я не выдержал и заржал.

Ко мне одновременно повернулись Брейгель и мужик в одежде клерка. Рядом с ними топтался растерянный Алексей. Увидев меня, бросился навстречу.

— Владимир, ну наконец-то! Приехал представитель казны. И отказывается открывать приёмный пункт.

Я нахмурился.

— Приёмный пункт открывать отказывается? Это ещё почему?

— Говорит, что у нас тут народу много ходит.

— Ну, ходит. А кости принимать почему нельзя?

Представитель казны поправил пенсне на носу.

— То есть, как это — почему? А если вас обворуют? Пострадает государственное имущество.

— Если кому-то вдруг удастся нас обворовать, то единственный, кто из-за этого пострадает — вор. Уж поверьте.

— То есть, как это — вор?

— Ну, вот так. Для защиты имущества мы используем собственные методы. А церемониться с ворами у охотников не принято.

— Я именно так и говорю, многоуважаемый господин Давыдов! — немедленно подключился Брейгель. — Уже битый час внушаю этому аферисту, что помещение, хозяином которого являетесь вы, есть место куда более надежное, чем самый несгораемый шкаф в императорском банке! Вот, к примеру, мой покойный двоюродный дядя, земля ему пухом…

Клерк воздел руки к небу и взвыл.

— Всё! Умоляю, хватит! Я немедленно подпишу нужную бумагу, дайте мне её!

Брейгель протянул ему свёрнутый в трубочку лист. Назидательно сказал:

— И совершенно не нужно так нервничать. Вы ещё такой молодой человек! Если подобная малость может вывести вас из себя, что же с вами будет в старости?

Клерк, подвывая, выхватил у Алексея перо, поставил на листе подпись и сбежал. Я с удовольствием потёр руки.

— Значит, так, Алексей. Впитывай. Бумагу — на стену, чтобы все видели и благоговели. Сюда, в угол — сейф поставить. Как у меня дома, видал?