Раздались аплодисменты.

Аттикус прошел за ней еще несколько уступов… и остановился. Джин покосилась на него. Он вспотел? Мышцы плеч напряглись, пальцы рук побелели.

Может, он беспокоится о девочке? Но она уже залезла на самый верх.

Когда она вскинула кулак в победном жесте, он улыбнулся.

У Джин екнуло сердце. Видя его неприкрытое удовольствие от успехов ребенка, ей хотелось и смеяться, и плакать, и обнимать его. Невероятный человек.

Рядом с ней раздался крик.

Вздрогнув, она обернулась.

На тротуаре она увидела упавшего дошкольника с тигриными полосками. Кровь текла по его колену, он громко рыдал. Маленькая девочка рядом с ним расплакалась от сочувствия.

— Дети Бэссинджеров, — сказал Бекка. — Их мама разрешает им носиться. — Она оттолкнула зевак и подошла ближе.

Джин пошла за ней.

— Я возьму мальчика.

Бекка встала на колени рядом с девочкой, Джин села рядом с мальчиком.

— Милый, ты ушибся, да?

Не дожидаясь дальнейшего приглашения, он кинулся ей на шею, чуть не опрокинув ее на землю.

— Ну, милый, — рассмеявшись, она отложила сумку, прижала его ближе и усадила себе на колени. — Ну, давай посмотрим, мой хороший, — просто небольшая царапина, — решила она. Указав на бочку с бутылками воды, она повысила голос, обращаясь к окружающим. — Пожалуйста, кто-нибудь принесите мне одну бутылку.

Через секунду она услышала звук открывающейся крышки и ей в руку вложили прохладный пластик.

— Спасибо, — сказала она, не подняв головы.

Джин смыла водой грязь с царапины, маленький мальчик всхлипнул и уткнулся головой ей в плечо.

Когда его нога высохла, она покопалась в сумочке свободной рукой. Она не вынимала оттуда мини-аптечку со времен работы в семейной клинике. Вот она. Бросив быстрый взгляд, Джин посмотрела, какие есть варианты.

— Милый, ты хочешь пластырь с бабочкой или с Трансформерами?

Мальчик вскинул голову. Серьезно изучил пластыри у нее в руках. И указал дрожащим пальцем на Трансформера.

— Прекрасный выбор, дорогой, — но ей было не дотянуться до его колена обеими руками, — давай ты подвинешься…

Он изо всех сил обхватил ее за талию. Он не сдвинется с места, да?

— Ну, тогда…

Над ними раздался низкий смешок, и Аттикус опустился на колени рядом с ними.

— Похоже, ты пострадал в битве, солдат? — сказал он. — Могу я перевязать твои раны?

Большой палец во рту мешал мальчику говорить, но он вытаращенными глазами смотрел, как Аттикус взял у Джин пластырь, снял с него защитную ленту и легко и быстро заклеил ссадину. Только по еле заметному вздрагиванию было понятно, что ребенок что-то почувствовал.

— Ну, теперь все хорошо? — Джин не сводила глаз с пластыря, а не с тонких пальцев Аттикуса. Он во всем хорош? В связывании, доведении до оргазма… и приклеивании пластыря. — Ты можешь поблагодарить детектива?

Не вынимая пальца изо рта, мальчик сказал:

— Спасибо!

— Вот их мама, — Бекка спустила девочку с колен и указала на продуктовый магазин.

— Мама! — бросилась через улицу девочка.

Мальчик вскочил, чуть не споткнувшись снова, и кинулся за сестрой, забыв обо всех ссадинах.

Улыбаясь, Джин смотрела, как эта парочка с размаху врезалась в маму, едва не рассыпав пакеты с продуктами. Покачав головой, женщина наклонилась, чтобы внимательно осмотреть царапину. Может, она и не следила за ними так хорошо, как стоило бы, но она их любила.

— Все отлично, — Бекка взглянула на Аттикуса, потом на Джин: — Я пойду куплю барбекю. Я тебе тоже захвачу, подруга, — не дожидаясь ответа, она перешла дорогу.

Пока Джин просто смотрела ей вслед, Аттикус плавно поднялся на ноги. Он ухватил Джин за плечо и потянул вверх.

— Вы отлично поработали, дорогой психолог. Вы прекрасно управляетесь с ранеными солдатами.

Комплимент согрел ее сердце, и она не нашлась с ответом.

— Ах, спасибо.

Он задумчиво смотрел на нее, заставив ее слишком хорошо осознать размер и силу его пальцев, все еще сжимающих ее руки. Он удерживал ее на месте. От этого мурашки бегали по спине.

— Джин, — сказал он мягко, — похоже, между нами не все закончено.

Что?

— Но… нет, всё.

Он коснулся ее щеки, пристально глядя на нее. Неужели он видит, что внутри она вся дрожит?