Шрифт:
Надо всё-таки Оле позвонить.
И он позвонил.
Поговорил.
И через пару часов снова позвонил, а после поехал к ней.
Глава 19. Один понедельник
Понедельник.
Нужно что-то ещё объяснять?
Как бы хорошо ты не отдохнул на выходных или как бы сильно не любил работу, утро понедельника это… утро понедельника. За окном ещё темно, вылезать из постели не хочется, а впереди ждёт куча дела. В общем, для среднестатистического сорокалетнего мужчины это не самый любимый день и час.
Хотя узнаваемый звук, с которым жидкое тесто разливается по раскалённой сковородке, и запах блинов придали сил сонному организму, и в кухню Костя вошёл уже не таким хмурым.
— Доброе утро.
— Хорошо бы, — не оборачиваясь, ответила ему жена. — Саша проснулся?
— Проверю.
Сын успел встать, включить свет и расправить одеяло. А дальше, похоже, силы кончились, и он сел на кровать и завалился на бок.
— Мама спрашивает, ты проснулся? Шевелись, пока блинчики не остыли.
— А мёд есть? Я в мёд макать хочу.
После завтрака и короткой беседы с женой:
— Мёд доедаем. Не помнишь, где в прошлый раз покупали?
— Если осенью, то брали на рынке возле Петиного ЖК.
Костя оделся, вместе с сыном спустился вниз, сел в авто и поехал.
Но не далеко, потому что подъезжая к кольцу встал.
— Посмотрю, что там, — вызвался помочь с заднего сиденья Саша.
А через минуту протянул свой телефон, показав, что 200 метров к повороту к школе они будут ползти сорок минут. Конечно, иногда эти карты не успевают обновиться и время рассчитывают не всегда верно, но все признаки большой пробки, растянувшейся до перекрёстка они видели перед собой.
— Я быстрей сам дойду.
— Высадить тебя?
— Да, тормози.
— Кольцо проедем, и на той стороне выйдешь.
— Я умею дорогу переходить.
— Эту на автобусе проезжаешь.
— Я сто раз пешком от школы домой ходил.
— Зачем? У тебя деньги на проезд кончаются?
— Ну, пап! Хочу я так.
Действительно, чего лезть к парню? Одёрнул себя Костя
Сыну в этом месяцы тринадцать лет исполняется, дорогу давно переходить умеет и по городу свободно сам перемещается. Может, он уже девчонку какую-нибудь после школы провожает?
Вряд ли. Рано ему ещё, заключил мужчина, кивнув на прощенье сыну, и повернул в сторону моста, по которому едет на работу.
Благодаря самостоятельности школьника у здания офиса он был за полчаса до официального начала рабочего дня. И сразу нырнул в работу, решив, что уйдёт пораньше и заедет за мёдом. Катя этого не просила, но инициатива будет к месту.
Проглотив вместо обеда слойку с картошкой из буфета, мужчина вспомнил, что кое о чём жена его успела попросить.
Надо убедиться, что Ольга не продолжает разносить знакомым, что он якобы собирался съезжать от семьи.
На седьмом гудке Костя понял, что поговорить не судьба, и вернулся к работе.
Но ему не повезло и пришлось выслушать отборную ругань.
И хоть ругали его по телефону, ощущение чужой слюны, вылетающей из рта вместе с возмущённым ором, было таким ярким, что он провёл ладонью по лицу, вытираясь.
Четыре года назад, испугавшись иска, кто-то умный понаставил штампиков «выполнено» по всем просроченным заявкам. До суда дело не дошло, а заявки отправились в архив. Константин ни к этому делу, ни к актам, ни к оборудованию, ни к бригаде, выезжающей на адреса, отношения не имел, но крайним назначили его. И то, что закончился разговор на почти извинительном:
— …внимательней надо быть, ребятки, когда мухлюете. Больше меня не подставляйте, — настроения не улучшило.
А буквально через пару минут ему позвонила Ольга.
Или правильнее перезвонила?
Неважно.
Он принял её вызов, ответил на приветствие и:
— Витя поведал, что вы виделись в конце декабря, и ты ему рассказала бредовую историю про мой уход от семьи.
— Я не говорила, что ты хочешь оставить семью, Витя что-то напутал. Я сказала, что тебе нужно побыть одному, и хорошо, что у тебя для этого есть пространство. Костя, это хвала, а не критика. Ты не стоишь на месте, а меняешься и сам отслеживаешь своё состояние. Не каждый так себя чувствует, тебе есть чем гордиться.
— Что за чушь ты несёшь? Хлава-похлава твоя никого не интересует. Мы давно не виделись, ты не знаешь ни меня, ни мою семью. Мы раз поговорили, и ты решила разнести это по всем знакомым, ещё и придумывая то, чего нет. Чего ты этим добиваешься? У тебя есть путешествия и семинары, так занимайся своей жизнью, а не разности сплетни о моей.
— Я не хотела.
— Меня не волнует, чего ты там хотела, — перебил её мужчина. — Хочу знать, кому ещё ты наплела о моих проблемах? С кем ещё меня обсудила?