– Нас пригласили, потому что мы заслужили их уважение своими поступками. А что и чем заслужили вы?

Естественно, парни возмутились:

– Как мы можем что-то заслужить, если не получается даже встретиться?

И нарвались на суровую отповедь:

– Эти ребята заставили себя уважать всю Империю, хотя о существовании абсолютного большинства населяющих ее людей даже не подозревают! Так что дерзайте – у вас возможностей гораздо больше, чем у них…

То, что под весельем этих женщин есть и второй слой, отдающий горечью, заметила не я одна. Однако демонстрировать свою наблюдательность было бы некрасиво, и Локи выбрал один из самых мягких вариантов реакции:

– В общем, воспитываете…

– Воспитывать не получается. Уже очень давно… - перестав изображать веселье, вздохнула Белкина. – Поэтому воюем. Чуть ли не насмерть. И как-то уж слишком часто терпим поражение…

…Во время полетов по периметру района, потихоньку превращающихся в традицию, Татьяна Константиновна отрывалась, как в последний раз – гоняла «Жуть» на небольших скоростях, но в режимах, близких к предельным, крутила фигуры высшего пилотажа, петляя по коридорам замедления, и разгонялась на расплав движков, чтобы тут же затормозить. Увы, в этот раз привычное отдохновение все никак не приходило, поэтому круге на третьем она снизила скорость, вернула управление Ярику и грустно поинтересовалась:

– И когда?

– Вас отвезем и рванем на космодром.

У старших мгновенно испортилось настроение. Впрочем, зная, что именно гонит нас на Рубеж, они выбрали, на мой взгляд, самый верный стиль прощания – заявили, что все правильно, ибо чем раньше начнем, тем быстрее закончим и вернемся. А потом Анна Николаевна наступила на горло собственным чувствам и посоветовала особо не торопиться:

– Имейте в виду, что прилетать на Белогорье раньше второй половины сентября не стоит. Первого у мальчишек начнется учеба, четырнадцатого Мирослав обвенчается с Куракиной, а во вторник, семнадцатого, отправится на Новый Киев. Как минимум на месяц. В компании молодой супруги и толпы не нагулявшейся молодежи.

Вспышка осознания, напомнившая, что наследник престола учится в Белогорской академии межгосударственных отношений, нисколько не задела – воспоминания о том, что я шесть лет фанатично готовилась к поступлению именно в этот ВУЗ, настолько поблекли и затерлись, что промелькнули фоном. В этот момент «Жуть» перевалила через вершину Дворцового Холма, и супруги Императора решили, что пора прощаться. Белкина по-матерински растрепала Локи волосы, посоветовала не торопиться с решениями и попросила беречь нас, девчонок, как зеницу ока. Затем перебралась в салон и пошла по кругу в прямом смысле этого выражения – обнимала каждую из нас, шептала на ухо что-нибудь теплое и двигалась дальше. Закончила Забавой – потискала, как детскую игрушку, присела на ее половинку кресла и принялась секретничать. Романова прошла ту же "трассу" наоборот – начала с меня, продолжила остальными девчонками, а затем перебралась к Ярику, перешла на шепот и на пару с ним выпала из общего разговора. Что интересно, следить за тем, что происходит за пределами флаера, не перестала. Поэтому в какой-то момент прервала ценные указания, потемнела взглядом и криво усмехнулась:

– А ведь нас придерживают. Минуты на три. Вероятнее всего, мальчишки. Локи, ты как, справишься, или помочь?

Он уверенно заявил, что справится сам. И вместе с венценосной собеседницей перебрался в салон, благо "Хищник" уже висел над транспортной плитой, и от пилота не зависело ровным счетом ничего.

Как и предсказала Императрица, флаер придерживали "мальчишки", чтобы успеть добежать до ангара. Поэтому встретили нас чуть запыхавшимися, но очень гордыми и довольными. Видимо, своим хитроумием. Первым делом поздоровались с "родственницами", затем с нами, сделали несколько красивых комплиментов женской части компании, а Логачеву нанесли пробный «укол»:

– Ярослав Викторович, надолго в наши пенаты?

– Улетим уже через минуту, Ваше Императорское Высочество… - спокойно парировал он.

Романов-младший недобро прищурился и нанес удар посерьезнее:

– Неужели вас опять ждут неотложные дела?

– Как ни странно, да.

– Всех?!

Последнее уточнение было озвучено с нарочитым удивлением и картинно выгнутой бровью. Однако было парировано с той же легкостью:

– С некоторых пор у нас пропало всякое желание перемещаться между системами на пассажирских лайнерах. А наш "Шелест" начнет разгон к точке перехода уже через сорок минут. И не будет ждать опоздавших.

Романов-младший растерялся:

– Вы что, куда-то улетаете?!

– Да. Закончили с делами тут, на Белогорье, и возвращаемся на родной Рубеж.

– И у вас, конечно же, есть очень веские основания торопиться?

Желчи, вложенной в слова, выделенные интонацией, хватило бы на пятерых. Но Локи этого «не заметил» – «поплыл» взглядом, несколько мгновений смотрел сквозь Мирослава, а затем учтиво предложил:

– Ваше Императорское Высочество, примите, пожалуйста, файл! Эту нарезку из фрагментов общеобразовательного фильма для учеников младших классов школ Рубежа я готовил к совещанию по проблемам Пограничья, на которое вы, к сожалению, не попали. Посмотрите на досуге это видео, и мотивы большинства наших поступков станут прозрачнее родниковой воды.

Проигрывать Романов страшно не любил, но, видимо, все-таки умел – приняв файл, посетовал на то, что видеоролик длится «аж» семнадцать минут, пообещал ознакомиться с ним в ближайшее время, и «сокрушенно» вздохнул:

– Я, также, как и вы, знаю, что такое долг, поэтому задержу вас всего на пару минут. Если, конечно, вы позволите заглянуть в салон вашего "Хищника".

Тут к разговору подключился Леонид и поддержал сводного брата очень эмоциональным уточнением:

– Просто о нем ходит столько невероятных слухов, что мы умираем от любопытства, а утолить его все никак не получается!