Наша задача — выяснить, есть ли там девушка, которую мы ищем, или нет? Моя персональная цель — разобраться, Марина тут или случилось диковинное совпадение. Чем ближе мы приближались, тем меньше сомнений оставалось.

Я не знал, что сказать Марине, сердце забилось быстрее. У меня что, паническая атака? Кажется, ухожу глубоко внутрь себя. Затошнило, почки резко начали выбрасывать адреналин. Возьми себя в руки, Греховод. Не будь тюфяком. Уже даже Банкир — не тюфяк, а ты позволяешь себе так страдать из-за женщины. Прекрати. Ты ведь почти защитил её тогда. Ну, по крайней мере, она отомщена. И вот, живая, она здесь, на Карфагене. Мы почти встретились. Может быть, удастся всё с ней наладить.

— Похоже, нас совершенно не боятся. Может быть, они пьяны? — сказал Банкир.

— Нельзя быть настолько легкомысленными, — подчеркнула очевидную вещь Модница.

— Мы не желаем вам зла! — крикнул я. — Можно подойти? Чувствуйте себя в безопасности.

Люди рассмеялись и закивали. Их лиц особо я с такого расстояния не разглядел, но Марину, конечно, опознал безошибочно.

Мы аккуратно двинулись дальше. Пистолет на предохранитель я ставить не стал. Начнут идиотию — сразу застрелю смутьянов.

— Вы так не переживайте, — когда мы поравнялись с местными, сказал мужик с белыми усами и длинными чёрными волосами. Его карие глаза внимательно меня разглядывали. На вид ему лет двадцать восемь. — Мы знали, что вы придёте и что не будете нападать на нас. Что намерения у вас самые хорошие. Не волнуйтесь, мы тоже вам вреда не причиним.

— Откуда вы знали-то? — поинтересовалась Модница. — Может, познакомимся? Я Модница.

— Маркус, —сказал Банкир.

— Греховод, — буркнул я.

— Я — Лезной. Фамилия такая — Лезной. Как прозвище вполне сгодилось, почему бы и нет? Остальные наши, наверное, назовут себя сами.

— Как вы узнали всё-таки, что мы придём?

Я внимательно смотрел на Марину. Она не реагировала на меня. Настолько сильная обида, что даже здесь не хочет видеться?

— Да как же, вот, наша гордость, Перчёная, — Лезной ткнул пальцем в Марину. — Способность у неё на Карфагене, проявилась. Она как уснёт, то видит вещи, которые сбываются почти сразу. Мы сначала, когда её подобрали, скептично-то отнеслись. Так вот, когда Перчёная предсказала ночное нападение шестнадцати огнебелок, мы проверить решили, спать не ложились. И действительно, ночью прибежало их шестнадцать. Ни больше, ни меньше, хищные, злые, быстрые, еле от них отбились. Так что с тех пор верим ей.

— Про нас что Перчёная, — с нажимом произнёс я, — предсказала?

— Ну как? Что сегодня придут трое: двое мужчин, одна женщина. Они-то и помогут нам найти убежище, где есть тепло и еда, где мы останемся жить и где спасём какую-то женщину с белыми волосами и зелёной татуировкой.

Меня аж передёрнуло. Она что, о Кассандре?

— Вы нам поможете найти определённое место. Я так понимаю, по описаниям Перчёной, речь о каком-то большом помещении. Что-то вроде базы. Которая по-настоящему укрывает от холода. То есть нам не придётся мёрзнуть. Ещё там есть запасы еды, и именно вы нас туда доставите. Поэтому убивать мы вас, конечно, не будем. Вроде больше ничего она важного не сказала.

— Я вообще-то здесь, — возмутилась Марина, — И не нужно говорить обо мне в третьем лице, пожалуйста. В принципе, Лезной верно передал суть моих видений. Разве что добавлю, что один из вас, возможно, окажется предателем. Меня разбудили, поэтому я не могу утверждать достоверно. Но что-то такое чувствовала. Я пока ещё не умею управлять своим талантом.

— Перчёная, мы можем поговорить минуту наедине? — спросил я.

Марина нервно огляделась и сказала:

— Валяй.

Мы отошли в сторону.

— Ты помнишь меня? — с надеждой произнёс я.

— Нет, а должна? — она чувствовала себя неуютно.

— Мы были знакомы. Там на Земле, — я боролся с желанием погладить её изумительное лицо.

— Возможно, — сказала Марина, — У меня большие провалы в памяти, я не знаю даже своё имя, очень смутно помню предыдущую жизнь. Амнезия, кажется, так называется.

Я ведь могу воспользоваться ситуацией и снова быть с ней. Только спустя месяцы я понял, как та плачущая на кровати в отеле девушка нужна мне.

— Марина, мы встречались, любили друг друга. У нас есть все шансы начать заново. Должен же Карфаген хоть что-то нам дать нормальное?

— Я сейчас не очень склоняюсь кому-то доверять. Тем более, возможно, предатель ты. Нельзя говорить о каких-то чувствах, когда, с моей точки зрения, я вижу тебя в первый раз. С другой стороны, ты красавец. Возможно, я действительно на Земле на тебя запала, но здесь совсем другие условия. Другие обстоятельства. Нам нужно сначала найти ту базу.

— Почему? Разве мы не можем обсудить наши гипотетические отношения сейчас? — нетерпеливо спросил я.