— Глимм упаси! Я этому душегубу сто раз говорила, что он плохо кончит. Как он над людьми измывался, как измывался, ужас просто! — старушка демонстративно плюнула на труп Луки, — все так и вышло, благодаря тебе, новый доллен!

— Не называй меня так, — попросил я бабульку.

— А как тогда?

— Товарищ Георгий, — представился я.

— Георг… — казалось, что Лукорью не возьмет даже бронебойный снаряд. Но имя мое ее таки проняло, — не, я такое говорить не могу.

— Что у вас за проблема с моим именем? — настал момент разобраться в этой смешной проблеме.

Обе барышни насупились. Первой решилась заговорить Рани.

— Георг — это высший титул. Владыка над господами. Когда виланин себя так называет…

— Я не виланин, — напомнил я. Вот дела, я себя королем-императором называл, оказывается. Понятно почему имя мое так господ бесило, а вилан пугало.

— Гриммар? — старушка глядела на меня с подозрением.

— Ни рыба, ни мясо, — уклончиво ответил я. Ни к чему бабуле знать, откуда меня речка принесла, — что у нас на обед кстати?

— Стандартное меню из семи блюд, — немного высокомерно ответила Лукорья, — следуйте за мной в малый обеденный зал. Я также жду распоряжений насчет пленницы. Ее тоже покормить?

— Пленницы? Этот урод Гундар приволок сюда девушку для своих извращенных утех?!

— Не просто девушку. Гриммара, — шепнула старушка так, словно кто-то мог нас услышать, — Гундар ее ночью вчера привез.

— Как… где ее держат?

— Прошу следовать за мной.

По дороге я взял со столика бокал и налил в него воду из графина. Бой со старым долленом был на самом деле жарким и в горле у меня основательно пересохло. Пока мы добрались до цели стакан был наполовину пуст.

Мы оказались перед кованой из темного железа дверью. Петли с мою руку, навесной замок — с голову.

— Лукорья, у вас ключ есть?

— У меня есть ключи от всех дверей в доме, — старушка вытащила увесистую связку, подобрала ключ и открыла замок.

— Оставайтесь здесь, — я не знал в каком состоянии находится пленница. Вдруг она там в луже крови плавает?

Ни Рани, ни старушка спорить со мной не стали. Они и сами понимали, что за дверью их может ждать крайне неприятное зрелище. Их ожидания не оправдались. Комнатка была ничего так себе, шкафы со свитками, небольшая кровать с балдахином из серебристой ткани и резной столик темного дерева. Уютно, комфортно… если бы не одна деталь — в комнате отсутствовали окна. Свет давала стоящая на столике лампадка, причем свет необычный, пламя над керамической плошкой переливалась всеми оттенками изумруда.

— Есть кто? — позвал я.

Покачнулся балдахин, из-за него сначала показалась ножка, а потом и ее хозяйка целиком. Если бы меня заранее не предупредили, что Гундар держит в заточении барыню, я бы и так догадался, что передо мной предстала не простолюдинка. Она была высокой, чуть ли не с меня ростом. Но не здоровенной, а утонченной и грациозной. В принципе, Рани ей в этом не уступит, но поди разгляди эту красоту под мешковатой надутой юбкой. У этой же особы все прелести идеально подчеркивались. Корсет одновременно поднимал пышную грудь и подчерчивал осиную талию. Юбка хоть и была длинной, но облегала широкие бедра незнакомки в обтяжечку.

Она знала, что она головокружительно красива и дала себя рассмотреть, но, как только мой взгляд поднялся к ее милому, белому как алебастр, лицу с очаровательными рыжими кудряшками, девушка сделала легкий пасс рукой.

Вода из стакана, который я держал в руке, нарушая закон всемирного тяготения, тонкой переливчатой струйкой поднялась к моему лицу.

— Занятный фоку…

Договорить я не успел. Точнее — не смог. Струйка ударила мне точно в нос! Потом вода растеклась по моему лицу, образовав тонкую, но непроницаемую для воздуха пленку. Я попытался вдохнуть — тщетно! Уронив стакан на бок, я попробовал рукой стереть пленку со своего лица, что также не увенчалось успехом. Во время этих манипуляций, особа в обтягивающим платье с интересом смотрела на то, как я задыхаюсь.

А я именно задыхался! У меня от недостатка кислорода потемнело в глазах, и тут я сообразил, что у меня с собой есть прекрасное средство от всякой ворожбы и волшебства. Никогда больше вилы не оставлю — это мой лучший и самый надежный друг! Осторожно, чтобы не рассечь себе лицо, я зубьями поддел водяную пленку, и она стекла в лужицу под мои ногами!

— Не вздумай! — покачал я светящимися вилами.

Вещица, видимо, была девушке знакомой. Если за моими страданиями она смотрела с улыбочкой, то светящиеся буквы на рукояти моего оружия ее напугали.

— Ты кто?!

— Неверный вопрос. Задаю правильный — кто ты?

— Астрис. Астрис Леодан. Зачем ты пришел? Он послал тебя? — девушка опять забыла, что допрос все-таки веду я, — сам испугался, да?

— Если ты про Гундара…

— Да, про этого ублюдка! Если хоть на шаг ко мне подойдешь, то я тебе оторву…

Что собиралась сделать Астрис с моими органами, я дослушивать не стал.

— Гундара больше нет.

— И что же с ним произошло? — девушка мне не поверила. Стены в доме были из толстой каменной кладки, поэтому немудрено, что она не услышала звуков побоища.