— Вот! — он вытащил один из них. Подошел к столу и развернул его, — кажется это они.

На свитке имелся детальный рисунок вил… моих вил! Неизвестный художник запечатлел даже царапинки на зубьях и эти мелкие детали полностью совпадали с оригиналом. На свитке находился также абзац с текстом, но прочитать я его не смог. По отношению ко мне он был перевернут верх ногами, и буквы кто-то выводил с особым старанием, с завитушками и волнистыми черточками. Как вариант это был вообще не русский язык.

— Вилы Уроша, очень интересно. Где ты их взял?

— Нашел, — нисколько не покривив душой, ответил я.

— Нашел, — задумчиво повторил за мной Валдар, — и где же?

— Там больше нету, — пожал я плечами, давая понять, что свои тайны выдавать я не намерен.

— Немудрено, что нашел. Ведь, согласно легендам, с Урошем Проклятым расправились где-то в наших краях.

— Расправились?! — меня очень интересовала судьба предыдущего владельца вил.

— Ты бы лучше о себе сейчас думал, — справедливо заметил Валдар.

— Что это за Урош? — удивительно, но молодое поколение, почему-то про Уроша ничего не знало. Ни Астрис, ни Рани.

— Астрис — потом, — не стал отвечать на вопрос девушки Валдар. Он погрузился в мысли, качнулся вперед-назад на каблуках, потом подошел к стене и снял с нее длинный полуторный меч.

— Мы не враги! — напомнил я, поднимая вилы. Хотя это было спорное утверждение. Как-никак мы являлись как минимум классовыми и непримиримыми врагами.

— Я не желаю с тобой боя. Этот меч не наточен, — Валдар провел пальцем по острию клинка и показал мне, что порез отсутствует, — встань на колени.

— Не-не-не, не с того мы беседу начали. Я ни перед кем и никогда не вставал на колени. Хочешь драки — бей. Хочешь меня унизить… все равно бей!

— Гордый? Хорошо, я уважаю гордых, — подойдя ко мне, Валдар кончиком меча коснулся моего правого плеча, — я, Валдар Леодан, посвящаю тебя, Георгий… эммм…

— Климов, — подсказал я.

— Георгий Климов в капитаны дола Ратбат!

Церемония закончилась так же быстро, как и началась. Валдар вернул меч на его место на стене.

— А вот это все сейчас зачем было? — я немного не разобрался в цели посвящения.

— Затем, что ты стал капитаном моего отца. Единственным заметь, это большая честь.

Пояснение Астрис ясности мне не добавило.

— Вилан, ставший капитаном, поднимается над своим сословием. Конечно, он не становится ровней гриммарам, но приобретает дополнительные привилегии, — произнес Валдар, — в частности он может, защищая долллена или членов его семьи, нанести вред другому доллену. И за это он не будет наказан.

— Обычно этот пункт не работает, любой гриммар из любого капитана может душу одним мизинцем вынуть. Но ты… ты нас удивил, — дополнила слова отца Астрис.

— Благодарю. Спасибо за оказанную честь. Оправдаю, — мне эти церемонии и этикеты были как рыбе зонтик. Но если Валдару было спокойнее меня назначить капитаном — черт с ним, пусть балуется, — я еще хотел переговорить про будущее…

— Тебе и твоей спутнице будет предоставлена подорожная грамота и вы будете вольны отправиться туда, куда захотите, — проявил высочайшую милость доллен.

На которую я был вынужден ответить самым свинским образом.

— Спасибо большое, но мы остаемся.

— Что?! — изумилась Астрис.

— Я для этого и приехал сюда, чтобы все обсудить с глазу на глаз.

— Ну хорошо, — Валдар осознал, что быстро от нас избавиться не получится, — присаживайтесь, поговорим.

Настал самый сложный этап в переговорах. Как дворянину объяснить, что такое коммуна? Как донести мысль о том, что я ее собираюсь построить в поместье, окруженном аристократами? Вопреки моим ожиданиям, Валдар не смотрел на меня как на городского сумасшедшего. Он не задавал вопросов, просто временами кивал.

Когда я описал ему всю ситуацию, Валдар поднялся и жестом пригласил нас следовать за ним. Он подвел нас к внешней стене башни. У него в лаборатории было много диковинок, но та, что располагалась на полукруглой стене поражала искусностью изготовления. Мастер изготовил карту, используя разноцветные кристаллы. Моря он набрал из синих и голубых, горы из красных и коричневых, леса и поля из салатовых и зеленых. Мозаика переливалась и играла бесчисленным сонмом искорок.

— Это карта Белгази, нашего мира. Так откуда ты, говоришь, родом?