– Я думаю, мы бы смогли с ними договориться, – ухмыльнулась я.

– Да уж конечно! Я что-то с трудом представляю, что они стали бы с вами разговаривать.

– Давайте не будем больше об этом думать! А то получается что везде не безопасно. Знаете, там где я раньше жила есть одна интересная поговорка: “Жить опасно, можно умереть...” – выпалила я.

Лео рассмеялся.

– Да.... Оригинально, а главное, жизненно! – с ухмылкой проговорил он. – И где же интересно вы раньше жили?

Я задумалась.... Казалось бы, самый обыденный и простой вопрос ввёл меня в полнейший ступор. Я просто не знала, что ему ответить. Правду? Нет! Решительно, нет! А что же тогда? Соврать...

– В России. Но это было очень, очень давно.... – ответила я. Это конечно правда... Но, я же не собиралась ему говорить что это была Россия двадцать первого века. Проблема была в том, что понятия не имела, что происходит в моей родной стране в настоящее время, то есть в веке девятнадцатом. Почему то когда все изучали историю России, меня больше прельщала история Европы. Теперь вот надо как-то выкручиваться.

– Значит вы русская. А я всё думал, что же у вас за акцент. Похож на ирландский, но не он. Оказывается вон оно что. Вы хорошо говорите на родном языке?

– Естественно, – ответ прозвучал на русском. Я думала, что он меня не понял, но, к моему глубочайшему удивлению, он ответил мне тоже на чистейшем русском:

– Интересно, как же вы оказались в здешних местах?

– А вы хорошо знаете язык, – я решила не переходить пока на английский. Зачем же упускать шанс услышать родную речь. Меня поражал тот факт, что это язык, который многие считают одним из самых сложных, в этой стране знают многие.

– Я долго его изучал. В своё время мой отец настоял на этом. Я даже как-то был с визитом в России. Так всё же, как вы оказались в Англии? – настаивал он.

– Не так давно приехала сюда жить. Но в скором времени надеюсь вернуться домой, – я сказала ему чистую правду. Пусть и не всю.

– Понятно. Вы опять рисуете? Опять платья. Вам не надоедает это занятие? – спросил Лео.

– В последнее время у меня не часто получается рисовать. Я постоянно занята чем-то другим. Более важным. И кстати, рисую я не только для удовольствия. Это мой способ зарабатывать деньги, – с гордостью сообщила я Лео.

– Это как же? Кто-то покупает изображения хорошо одетых, но безлицых женщин? – усмехнулся он.

– Можно сказать и так. Просто то, что одето на этих безлицых женщинах, некоторые умелые люди, воплощают в жизнь и продают молодым дамам, а я, как один из непосредственных участников процесса создания шедевра, получаю за это свои комиссионные, – спокойным голосом ответила я.

– Мои аплодисменты! Это вы хорошо придумали. Умелое сочетание приятного с полезным! – усмехнулся он. – Значит, вы сами зарабатываете себе на жизнь? Мне интересно это ваша прихоть или действительно нужда.

– Вы хотите услышать правду?! Ну ладно. В принципе, даже если бы я не зарабатывала сама, с голоду бы не умерла, благодаря хорошим людям. Но моя совесть не позволяет сидеть на чьём-то иждивении. Противно чувствовать себя содержанкой! Поэтому, если бы у меня не получилась продавать свои эскизы, я нашла бы другой способ заработать деньги, можете в этом не сомневаться. Я привыкла к независимости в материальном плане. Привыкла обеспечивать себя сама.

Судя по выражению лица Лео, он мне сначала не верил, а потом понял, что я говорю искренне. И был немного ошарашен. Видимо, подобное мышление у девушки было для него дико! Я бы даже сказала шокирующее. По мере того как я говорила, он менялся в лице. И когда закончила, смотрел на меня как на диковинную зверушку, широко раскрыв глаза.

– И не надо на меня так смотреть! – возмутилась я.

– Я просто не понимаю! Если ты врёшь, то врёшь ты мастерски. А если говоришь правду, то она не укладывается у меня в голове – сказал растерянный Лео.

– Я вижу, мы уже перешли на “ты”?! – спросила я, а он ещё больше растерялся, – Я согласна. Так удобнее общаться. И кстати, врать я так и не научилась...

– Я тебя не понимаю. И наверно никогда не пойму, – тихо проговорил Лео, – Странная ты.

– Вот теперь я странная... Ничего я не странная. Просто немного не такая, как все. Поэтому здешний народ меня часто не понимает, – я улыбнулась. – Вот когда я попросила одного молодого человека научить меня драться, он очень долго смеялся. Но всё же в итоге согласился. Наверно думал, что я сама откажусь. Не на ту напал! Теперь вот не знает, как отказаться.

Лео рассмеялся.

– Ну что, Неправильная, пошли купаться? – каверзно спросил он.

– И не надейся, что я откажусь! – мой ответ прозвучал очень даже задорно и самоуверенно. – Я даже себе купальный костюм соорудила, так что, пошли.

Мне показалось, что Лео покраснел. Я даже подумала, что он начинает меня бояться.

От этой мысли мне почему-то стало безумно смешно. И дабы не рассмеяться ему в лицо, я быстро схватила сумку с вещами и побежала переодеваться. А когда вернулась, он всё ещё стоял на том же месте, в той же позе, и смотрел на реку.