– То есть, продолжим в том же духе... – ответил он.

– Ага.

Мы долго разговаривали обо всякой ерунде. О погоде, о местном климате. Лео был очень удивлен тем, что последние две недели были солнечными и тёплыми. Он устрашающе рассказал мне о местных ливнях, туманах и пронизывающем ветре. О разбойниках, которых много развелось в окрестностях Лондона. О самом Лондоне.

– Расскажи мне про Россию, давно там не был, – попросил Лео, чем ввёл меня в полнейший ступор. Видимо заметив, как я изменилась в лице, он сказал:

– Ну если не хочешь – не говори...

– Просто я давно там не была. Всё могло измениться. Да и честно говоря, больно говорить о доме, когда не имеешь возможности туда вернуться. Я очень скучаю по родителям, по брату, по своим друзьям. Даже по работе скучаю...

– А что мешает тебе вернуться домой? – сочувственно спросил он.

– Я не могу тебе ответить. Ты мне всё ровно не поверишь, а если и поверишь, то помочь ни чем не сможешь. Так что я постараюсь найти решение сама. А у тебя есть братья? – попыталась перевести разговор я.

– Да, есть. Но ты если не хочешь говорить о доме, то не говори. Я пойму. Я тоже не люблю о своей семье разговаривать. Ни с кем.

– А могу я спросить почему? – удивилась я.

– Просто мне не приятна данная тема. Всё, что я говорил когда-то про семью обернулось сплетнями против меня.

– И тут сплетни. У вас не страна, а какое-то логово матёрых сплетников, – сказала я. – Как можно жить, постоянно прислушиваясь к тому, что о тебе говорят?! Так же и с ума сойти можно. Я считаю, что просто нужно жить так, как считаешь нужным, и вести себя так же. А сплетники, когда поймут что тебе всё ровно, найдут другую жертву для обсуждений. Как говориться: “Волков бояться – в лес не ходить”...

– Ты что, тоже стала жертвой сплетен? – спросил Лео.

– Не я, но один очень близкий мне человек. Она мне как сестра. И сейчас я пытаюсь сделать всё, чтобы она как можно быстрее забыла, обо всём что говорят и вернулась к нормальной жизни! Знаешь, если бы что-то в её адрес сказали при мне, то я бы с радостью украсила лица обидчиков парочкой новых синяков и царапин.

Лео расхохотался. Что-то в последнее время мне всё чаще кажется, что я для него как клоун. Он постоянно смеётся, чуть ли ни с каждой моей фразы. Может, я не правильно говорю..... Или акцент смешной?!

– Что я опять такого сказала? – моему возмущению не было предела.

– Не надо никого бить! – ответил Лео. – Я просто представил тебя, избивающую какую-нибудь престарелую матрону, только за то, что у неё длинный язык, и ей больше нечем заняться.

– Пусть обсуждает тогда, когда её никто не слышит. Но если кто-то оскорбит при мне Мари, я буду в бешенстве, а в бешенстве я страшна.

– Надеюсь, что никогда не доведу тебя до подобного состояния, – опять рассмеялся Лео.

– Ах ты, негодяй! Хватит меня высмеивать, я же могу и обидеться! – я развернулась прочь от него и направилась к дереву, под которым лежали мои вещи. Поспешно собрала всё в сумку, и пошла седлать кобылу. Я прикинула, что сейчас уже около четырёх часов после полудня, значит, изверг от которого я вынуждена прятаться, уже уехал. А рядом с Лео я больше находиться не могла. Он начинал меня бесить! Как-то неприятно быть постоянным насмешищем. Я уже собиралась взобраться на лошадь, как кто-то схватил меня за руку.

Я спокойно повернулась к противнику. Лео смотрел на меня испуганным взглядом.

– Стой, – сказал он. – Прости, если я сказал что-то лишнее, возможно, я перестарался. Просто мы с самого начала с тобой привыкли друг друга цеплять в беседе. А тут ты сама мне рассказываешь вещи, над которыми не пошутить нельзя. Для меня просто на самом деле дико многое, что ты говоришь. Понимаешь, неестественно и странно, что красивая девушка вынуждена работать, что она стоит горой за свою подругу, что учиться драться, и готова применить свои умения при первой же возможности. Ты не такая как все кого я знаю. Это всё для меня чуждо. Прошу, не держи на меня обиду. Я буду ждать тебя здесь через неделю. Пожалуйста, приезжай...

Он отпустил меня, и ещё примерно минуту, я смотрела в его чистые голубые глаза, полные сожаления. Он был так красив в этот момент, что мне захотелось сделать для него всё на свете. Но... он меня обидел. Зацепил за живое. Я знала, что приеду сюда через неделю. У меня, четно говоря, и выбора то не было. Но что сказать ему сейчас, так и не решила...

И уехала промолчав.

Ехала я медленно. О многом хотелось подумать перед тем как вернуться в особняк. И тут вспомнила, что мне необходимо поговорить с Марджери, ведь бал в субботу, а она пока совсем не готова к тому, что я собираюсь её туда потащить. А в моём нынешнем состоянии души в голову приходило только одно решение данного вопроса – просто взять и сказать всё в лоб.

Глава 7. Исповедь опальной принцессы...

Помни: в пяти случаях из шести свет в конце туннеля

это свет надвигающегося поезда.

Пол Диксон

Я нашла Марджери в саду. Она сидела в тени старого дуба, бессмысленно перелистывая страницы какой-то газеты.

– Добрый день.... – сказала я, присаживаясь рядом, – Что читаешь?

– Ничего особенного, – ответила Мардж. – Тони привёз из города несколько свежих изданий, вот я и решила посмотреть, что же тут интересного пишут.