— Довольно херово.

— Ага.

— Что ж, хорошо, что ты пытаешься двигаться дальше. От Эллисон до сих пор никаких вестей?

— Да. Я даже не знаю, где она.

— Хм.

— Мне пора. Увидимся позже.

Я нажал отбой, присел на кровать и посмотрел в окно на прекрасное солнечное утро. Если не смотреть на календарь, то можно сказать, что в Бостоне все еще лето. Но я точно знал, что сейчас сентябрь, и что я не видел Эллисон уже пять месяцев.

В последний раз это было в тот день, когда отдал ей письмо. Тогда, одетая в розовое платье с развевающимися на ветру волосами, она была похожа на ангела. Той же ночью она прислала сообщение.

Эллисон: Седрик, я очень ценю, что ты нашел время, чтобы объяснить мне все в письме. Мне нужно время, чтобы все это переварить. Прошу не пытайся связаться со мной, пока я не буду готова. Спасибо за кольцо. Оно красивое. Я не уверена, что смогу его носить, но буду им дорожить.

Мне было больно слышать, что она просит ее не беспокоить, но в тоже время я почувствовал облегчение, что теперь Эллисон все знала. Я был абсолютно честен с ней, мне больше нечего было скрывать.

Прошло пять месяцев, и до сих пор о ней не было ничего слышно.

Три месяца назад Эллисон взяла отпуск по работе с Кэлли, но заверила маму, что вернется. Я до сих пор не знаю, как Эллисон удавалось продолжать работать с моей сестрой в течение первых двух месяцев после письма, но она смогла. Она была потрясающей.

Вернувшись на кухню, я заметил, что Стефани уже пьет кофе и ест вафли.

— Извини, что так долго.

— Не беспокойся, Голубоглазый.

Мне стало тошно от этого прозвища. Эллисон говорила, что называла меня так, пока не узнала имя.

— Так, какие наши планы на сегодня? – спросила Стефани.

— Ты любишь свинину?

— Предпочитаю курицу, но и свинина сойдет.

— Моя мама устраивает пикник на каждый День труда, и мы жарим свинину. Это своего рода европейская традиция, которую она унаследовала от своей бабушки. Я обязан там появиться. Хочешь пойти со мной?

— Свинья еще жива?

— Хрю. Хрю. — подмигнул я. — Шучу. Когда мы приедем, она уже будет мертва.

— О, слава Богу, — выдохнула Стефани.

— Рано благодарить Бога. Ты еще не видела свиную голову. Выглядит довольно омерзительно, но мясо на вкус будет пальчики оближешь, — сказал я, откусывая от вафли.

— Отличный план. Я хотела бы познакомиться с твоей семьей.

Я содрогнулся от этих слов, понимая, что не готов к этому, но после звонка Калеба я не мог отвертеться.

— Да. Отличный план, — повторил я, не зная, что еще сказать.

Глава 34.1

Эллисон

За три месяца до событий, описанных в 33 главе

«Близнецы, благодаря огненной Луне в вашей жизни появятся новые люди. Они вдохновят вас вернуться на путь, что ведет к отложенной мечте».

Сердце забилось чаще, когда на табло загорелось «пристегните ремни». Я всегда ненавидела летать, и больше всего взлет и посадку. Пока самолет медленно снижался, я молилась, чтобы он не рухнул на землю огненным шаром. Мы благополучно приземлились, но я все еще взволнованно дышала и шептала слова благодарности божеству наверху.

Нервы у меня разгулялись не на шутку и не только из-за перелета, но и из-за того, что ждало меня на земле.

Похлопав пилоту, вместе с остальными пассажирами я прошла по длинному коридору к терминалу. Я не знала в лицо тех, кто меня встречает, но они заверили, что узнают меня.

Я оглянулась и тут увидела женщину лет шестидесяти, катившую инвалидное кресло с пожилым мужчиной. Оба улыбались.

— Эллисон! — воскликнула Элейн, крепко меня обняв, и отстранилась, чтобы разглядеть. —Ты такая красавица. Боже мой!

Она не отрывала от меня взгляд.

— Привет, Элейн. Рада наконец познакомиться, — нервно ответила я, наверняка краснея.

Я знала, что Эд проходит лечение от рака, но не думала, что он насколько слаб. Обняв его, я заметила, что он плачет.

— Не могу в это поверить. Это нереально. Извини, что так эмоционален. Наверно, это странно для тебя, — сказал он.

Я взяла его за руку.

— Не беспокойся. Я понимаю.

Я отошла, чтобы получить багаж, и благодаря этой короткой передышке сумела немного взять себя в руки.

— Что скажешь, если мы заедем где-нибудь пообедать? — спросила Элейн.

Я кивнула, хотя из-за нервов есть совсем не хотелось.

— Любишь блины? – повернувшись ко мне в лифте, спросил Эд.

— Да.