— Ты же понимаешь, что тебе придется вышвырнуть меня отсюда, потому что сам я не уйду.

— Тогда, полагаю, ты останешься, потому что я хочу наверстать упущенное.

— Мы потеряли так много времени. Никогда больше. Хорошо?

Она повернулась ко мне и нежно поцеловала в нос.

— Хорошо.

Если в разлуке с ней мне казалось, что у меня вырвали сердце, то сейчас оно заняло свое законное место.

Эллисон возвращалась к работе в закусочной только завтра, и все еще ждала ответа из «Ярких горизонтов». Поэтому я позвонил в агентство и сказал, что заболел. Я никак не мог оставить любимую женщину, когда только ее вернул.

— Мне нужно в душ, — сказала Эллисон после того, как мы еще два раза занялись любовью.

— Могу я пойти с тобой?

Она ухмыльнулась.

— Тебе все еще мало?

Она начала вставать, когда я притянул ее к себе и начал щекотать.

— Позволь мне перефразировать. Могу я принять душ вместе с тобой?

Эллисон высвободилась из моей хватки и направилась в ванную, демонстрируя свою красивую голую попку.

— Идем.

Очевидно, мы оба не могли держать руки подальше друг от друга.

***

Был уже почти полдень, и солнце ярко светило в окно спальни.

Переодевшись в джинсы и вчерашнюю рубашку Калеба, я взял мобильный Эллисон, чтобы поискать, где можно позавтракать поблизости. Телефон звякнул, оповещая о новом сообщении, и я инстинктивно его открыл.

Джейк: Не терпится встретится с тобой. Когда ты вернешься?

Кто такой Джейк? Что это вообще за чертовщина?

Меня будто накрыла ревнивая туча, и, прежде чем я успел ее прогнать, Эллисон закончила сушить волосы и вышла из ванной.

— Кто такой Джейк, черт возьми?

Она выглядела в растерянности.

— Что с Джейком?

Это не было ответом.

— Джейку не терпится с тобой встретится! — я бросил телефон на кровать. — Кто он?

У меня закипала кровь.

Шокированная, Эллисон посмотрела на меня.

— Седрик, Джейк — мой брат.

Внутри все сжалось, и я рухнул на кровать в полнейшем смущении. Я чувствовал себя идиотом.

— Вот дерьмо. — Я ударил себя по голове. — Милая, прости, я не запомнил его имя. И извини, что так отреагировал. Я думал, что какой-то чувак, с которым ты познакомилась, подкатывает к тебе… Боже, я такой дурак.

Она рассмеялась, качая головой.

— Оно и понятно. Мне так же реагировать, учитывая всех девушек, с которыми ты когда-то был?

— Иди сюда, — я усадил ее к себе на колени и обнял.

Я любил ее так сильно, и одного привкуса ревности было достаточно, чтобы чуть не сорваться. Кажется, во мне до сих пор осталось что-то от психа.

Глава 40

Эллисон

Три месяца спустя

«Близнецы, к вам приближается всеобъемлющее счастье. Звезды сошлись так, что вы выглядите и чувствуете себя лучше, чем когда-либо. Еще чуть-чуть и пойдет леденцовый дождь, и это к лучшему, особенно для таких сладкоежек, как вы».

Радио вдруг стало едва слышно, когда он вошел в закусочную вместе с порывом ветра, залетевшего в открытую дверь, и устроился за третьим столиком, заказав соленый бейгл с маслом и чашечку кофе. Мужчина был красив. Красивее всех, кого я видела, и он смотрел только на меня.

А еще я любила этого мужчину, и должна была сообщить ему новость.

— Привет, милый. Ты все-таки смог прийти. Вижу, Долорес уже приняла твой заказ, — сказала я, подходя к столику.

Седрик улыбнулся.

— Мне это что-то напоминает.

Я усмехнулась.

— День, когда ты впервые появился здесь? Ты сидел за этим же столиком, и не сводил с меня глаз. Это была любовь с первого взгляда.

— Это было нечто большее, — он взял меня за руку. — С того момента я принадлежал тебе. Я, черт возьми, сбежал, потому что испугался того, что ты заставила меня чувствовать. Я до сих пор боюсь этого.

Я чмокнула его в губы.

— Ешь свой бейгл. Я скоро вернусь.

Пока обслуживала других клиентов, Седрик читал газету и посматривал на меня.

Каждый раз, когда наши взгляды встречалась, он одаривал меня своей прекрасной улыбкой, и я таяла, удивляясь, как мне так повезло.

Ему скоро нужно было возвращаться к работе, поэтому я попросила Макса дать мне перерыв пораньше. Я принесла Седрику с кухни кусок кокосового торта, украшенного взбитыми сливками и мараскиновой вишней.

— Ах, раз мне достались взбитые сливки и вишенка, значит, я официально вычеркнут из твоего черного списка, — пошутил он.

— Да, — я прижалась к его губам, желая, чтобы весь мир знал, этот мужчина мой.