Я прочищаю горло, но это не помогает. Я упираюсь в стойку, чтобы сохранить равновесие, но это не помогает, потому что вот он. Здравствуй, старый друг. Я чувствую, что это случится еще до того, как это происходит на самом деле. Я всегда это чувствую.

Как только комната начинает вращаться, я успеваю согнуть колени, чтобы удар вышел не таким сильным, когда падаю на пол.

Глава 9

Джейк

Мой отец взял меня в Пуэрто-Вальярту, когда мне было десять лет, просто чтобы я смог прыгнуть из самолета.

Я умолял его взять меня с собой для прыжков с парашютом с тех пор, как научился говорить, но в Техасе не так-то просто достать законное разрешение на прыжки с парашютом для ребёнка.

Он был любителем острых ощущений, как и сын, которого он создал. Из-за этого я практически жил в зоне проведения прыжков, где он пропадал все свое свободное время. Большинство пап по воскресенье играют в гольф. Мой отец выпрыгивал из самолетов.

К тому времени, как закончить среднюю школу, я уже выполнил четыреста пятьдесят из пяти сотен прыжков, необходимых, чтобы стать инструктором по тандему. Но в выпускном классе жизнь моя приняла крутой поворот, и мне потребовалось несколько лет, чтобы совершить эти последние пятьдесят прыжков. Я наконец получил сертификат инструктора в тандеме сразу после окончания медицинского университета. И хотя тандемный прыжок с Мэгги был далеко не первым, он стоил трёх таких, что я выполнял в одиночку с десятилетнего возраста.

Даже с моим большим опытом, этот пятисотый прыжок казался мне самым страшным прыжком, который я когда-либо совершал. До этого момента я никогда не нервничал, выпрыгивая из самолета. Я никогда не беспокоился, что мой парашют не раскроется. Я никогда не волновался за свою жизнь. До этого момента. Потому что, если бы конкретно этот прыжок закончился катастрофой, это означало, что ужин с Мэгги не состоялся бы. А мне очень хотелось пригласить ее на ужин. Я планировал пригласить ее на свидание с того самого момента, как увидел ее, входящей в здание в тот день.

Моя собственная реакция на нее удивила меня самого. Я даже не могу вспомнить, когда в последний раз меня так тянуло к кому-то. Но как только я увидел ее, что-то во мне проснулось. Что-то, что всегда таилось во мне, но не было востребовано до этого момента. Я так давно не смотрел на девушку и не испытывал ничего подобного, что забыл, насколько ошеломляющим может быть влечение.

Она стояла у стойки регистрации, оформляя документы у Кори, который по расписанию должен был прыгнуть вместе с ней. Как только я понял, что она пришла одна, я подождал, пока она присядет заполнять анкету, а затем попросил Кори позволить забрать мне клиента, чтобы прыгнуть вместе с ней.

– Джейк, ты приезжаешь сюда всего лишь раз в месяц. Ты здесь даже не работаешь, – сказал он. – Я же здесь каждый день, потому что мне реально нужны деньги.

– Деньги можешь забрать себе, – сказал я. – Я отдам тебе причитающееся. Просто позволь мне прыгнуть вместо тебя.

Когда я сказал ему, что он может просто забрать деньги ничего не делая, он скорчил такую гримасу, как будто я был идиотом, а затем махнул рукой в сторону Мэгги.

– Она твоя, – сказал он, уходя.

На долю секунды я ощутил себя победителем, но потом снова посмотрел на нее, сидящую в кресле в полном одиночестве. Прыжки с парашютом – это важное событие в жизни большинства людей, решившихся на это. Как правило, новички приходят не одни. С ними почти всегда рядом близкие люди, которые переживают это же важное событие, прыгая вместе, или с ними приходят родные, которые ждут их на земле.

Честно говоря, она была первым новичком, которого я когда-либо видел, в полном одиночестве, и ее независимость одновременно интриговала и пугала меня. С того момента, как я подошел к ней и спросил, нужна ли ей помощь в заполнении форм, и до сегодняшнего дня ничего, что касается моих чувств, не изменилось. Прошло уже несколько дней, а я все так же взволнован. Я все еще заинтригован. Все еще напуган.

И я понятия не имею, как двигаться дальше.

Вот почему я застрял в этом коридоре, прямо перед больничной палатой, куда ее привезли два часа назад.

Я принимал другого пациента, когда Вики нашла Мэгги и справилась со всей ситуацией без моего ведома. Она ничего не сказала мне, пока я не закончил с двумя другими пациентами, а с тех пор прошёл целый час.

Вики сказала, что заметила, что Мэгги слишком долго одевалась и не выходила из кабинета, поэтому она пошла проверить ее. Мэгги лежала на полу, только что оправившись от обморока. Вики немедленно проверила уровень сахара в крови и отправила ее в больницу с другим сотрудником. Клиника, в которой я работаю, примыкает к больнице, так что мы привыкли перевозить пациентов. Непривычным для меня стало то, что экстренная ситуация на этот раз ощущается как личная экстренная ситуация.

С того момента, как Вики сообщила мне о случившемся, я не могу ни на чем сосредоточиться. Наконец, я попросил коллегу подменить меня, чтобы я смог проверить, как там Мэгги. Теперь, когда я стою в коридоре перед ее палатой, и не знаю, как себя чувствовать, что делать и как подойти ко всей этой ситуации. Мы были на одном свидании с потенциалом второго. Но сейчас она находится в больнице и как раз в таком беззащитном состоянии, в каком боялась оказаться, когда дело дойдет до нас.

Ее сковывает болезнь. Я здесь, становлюсь свидетелем этого.