– Что ты здесь делаешь? – я не хочу, чтобы мой голос звучал так жестко, но все это так странно.

Она облизывает губы, чтобы увлажнить их, и это толкает на мысль, что она нервничает.

– Я здесь, чтобы извиниться перед тобой, – говорит она как ни в чем не бывало.

Я прищуриваюсь, пытаясь понять, что происходит. Я провела ночь, ругаясь с ее парнем, а потом выложила фотографию в Инстаграм в момент совершеннейшей глупости, но она говорит, что пришла извиниться передо мной? Тут должен быть какой-то подвох.

– Извиниться за что?

Она быстро выдыхает, но не сводит с меня глаз.

– За то, что поцеловала Риджа, когда узнала, что он встречается с тобой. Я никогда не извинялась перед тобой. Это было паршиво с моей стороны, и я сожалею.

Я качаю головой, все еще не понимая, почему она приехала сюда с извинениями, в которых я вовсе не нуждаюсь.

– Я никогда не ждала от тебя извинений, Сидни. Это не ты была в отношениях со мной. Это Ридж был.

Губы Сидни слегка дергаются, как будто она рада, что я не охвачена гневом, но отдаёт себе отчёт, что в этой ситуации улыбка облегчения была бы неуместна. Вместо этого она кивает.

– Тем не менее, ты не заслужила того, что с тобой случилось. Я знаю, каково это, когда кто-то, кого ты любишь, предает тебя. Однажды я ударила девушку по лицу за то, что она переспала с моим парнем, а ты даже не накричала на меня за то, что я влюбилась в твоего.

Я ценю, что она так откровенна.

– Мне было трудно понять, на кого злиться после прочтения всех ваших сообщений, – признаюсь я. – Вы оба, кажется, так старались поступить правильно. Ридж рассказал о твоих предыдущих отношениях, и этот опыт сильно отличался от того, что произошло между тобой и Риджем. Твои подруга и бойфренд ставили твои чувства на последнее место в их романе, но ты и Ридж по крайней мере пытались поставить мои чувства на первое место.

Сидни кивает.

– Он заботится о тебе, – говорит она чуть громче шепота. – Он очень беспокоится. Даже сейчас.

Она делает еще один глоток воды из бутылки.

Ее слова наполняют меня еще большим сожалением о том, что произошло между мной и Риджем в эти выходные. Потому что я знаю, что он волнуется. И я чувствую свою вину, что он все еще беспокоится обо мне. И не только потому, что я не забочусь о себе так, как ему хотелось бы, но и потому, что я с самого начала взвалила это на него. Я позволила отношениям с ним начаться, зная, что, если ничего не выйдет, в конце концов, он всегда будет рядом, потому что он просто относится к такому типу людей. Я нахожусь в ситуации, когда он не может полностью уйти от меня и быть довольным этим выбором. Что должно как-то повлиять на Сидни, считающей, что она никогда не избавится от меня, пока я не сделаю этот окончательный выбор, чтобы полностью отрезать мою дружбу от Риджа. Просто невозможно полностью вычеркнуть меня из ее жизни, когда у нас все еще есть общий друг.

Я наклоняюсь вперед и складываю руки на столе, дергая себя за рукав рубашки, пока смотрю на нее.

– Так вот почему ты здесь? – спрашиваю я, глядя на нее снизу вверх. – Чтобы сказать мне, что ты хочешь убрать меня со сцены?

Я жду, что она кивнет теперь, когда я поняла причину, по которой она приехала из Остина. Ей нужно было очистить свою совесть, прежде чем вежливо попросить меня никогда больше не разговаривать с Риджем. Но она не кивает. Она не качает головой. Она просто смотрит на меня, как будто пытается придумать ответ, который не обидит меня.

– Ридж будет беспокоиться о тебе независимо от того, является ли он активной частью твоей жизни или нет. Я здесь, потому что хочу убедиться, что с тобой все в порядке. А если нет, я хочу знать, что я могу сделать, чтобы помочь в этом. Потому что, если с тобой все в порядке, Ридж не будет так сильно волноваться. И тогда мне не придется беспокоиться о Ридже.

Я не знаю, что на это ответить. Я даже не уверена, должна ли чувствовать себя оскорбленной ее словами. Она здесь не потому, что беспокоится обо мне, а потому, что беспокоится о Ридже. Часть меня хочет сказать ей, чтобы она ушла, но часть меня испытывает облегчение от того, что она это сказала. Потому что, если бы она притворилась, что беспокоится обо мне, я бы ей не поверила. Она немного похожа на Уоррена в этом отношении – откровенна до такой степени, что иногда это жалит.

Сидни тяжело вздыхает и говорит:

– Я потратила много времени, пытаясь поставить себя на твое место. Говорила себе, что на твоем месте я бы поступала иначе, – она не смотрит на меня, когда говорит, она теребит этикетку на бутылке с водой, избегая встречаться со мной взглядом. – Я говорила себе, что я бы лучше заботилась о своем здоровье, чем ты. Или что я не совершала бы безответственный выбор, например, не покидала бы больницу до того, как меня выпишут. Но мне легко говорить такие вещи, потому что на самом деле я не на твоем месте. Я не могу даже представить, через что тебе приходится проходить, Мэгги. Я не знаю, каково это – принимать по нескольку лекарств каждый день или посещать врача чаще, чем собственных родителей. Мне не нужно беспокоиться о микробах каждый раз, когда я переступаю порог своего дома или когда кто-то прикасается ко мне. Я не планирую свой распорядок с оглядкой на процедуры, которые я вынуждена принимать чтобы просто сделать вдох. Мне не нужно основывать каждое свое жизненное решение на вероятности, что я, скорее всего, умру где-то в следующем десятилетии. И я не могу сидеть здесь и думать, что если бы я была на твоем месте, то не стала бы винить Риджа в том, что он слишком заботится обо мне. Потому что единственное, что связывает его со мной – это его любовь. Нет никаких других факторов, связывающих его со мной, так что я понимаю, почему ты обижаешься на него. Он пытался защитить тебя, но ты просто хотела, чтобы он не обращал внимания на твою болезнь, чтобы ты тоже могла игнорировать ее.

Она наконец поднимает глаза от бутылки с водой, и я клянусь, что в ее глазах стоят слезы.

– Конечно, я совсем тебя не знаю, – продолжает она. – Но я уверена, что Ридж не был бы так расстроен, если бы не миллион замечательных качеств, которые он видит в тебе. Я надеюсь, что одним из этих качеств является твоя способность приструнить свою гордость, чтобы понять, что ты должна извиниться перед ним за то, что заставила его чувствовать себя так, как он чувствовал после того, как покинул твой дом в субботу. Он заслуживает хотя бы этого после того, как сильно любил тебя, Мэгги.