Они встали за кухонную столешницу и начали есть длинные сандвичи, запивая их водой.

— А на какие деньги будем брать колёса на выходные? — поинтересовался Павел.

— Это хороший вопрос, — произнёс Тимур, прожевав кусок хлеба с колбасой, сыром и майонезом. — Я всё это счастье купил за счёт долга — мне торчал штуку один челик с колледжа. Как увидел его, сразу вспомнил.

— Нужна работа какая-то, — вздохнул Павел и допил воду в стакане. — Но в «Сафари» я больше не пойду.

— Да нет никакого «Сафари», — махнул рукой Кузьмин. — Этот блядушник накрыли менты. Я аккуратно повентилировал вопрос — там прямо нормальный вес взяли. Владелец, походу, на нары уедет, причём надолго. Может, НикВиктрыч не под перемыком, а за ним реально следят?

Павел лишь пожал плечами.

— Та тонированная тачка же так и не уехала, хотя мы там пару часов проторчали… — произнёс Тимур.

— Да это проблема НикВика, — сказал на это Павел. — Мы же вообще не при делах.

— Нужна какая-то работа… — Тимур огляделся по сторонам, после чего поднял со столешницы телефон. — А ведь вообще-то…

— Что там? — заинтересовался Павел.

— В шопах я часто видел объявления… — начал листать список чатов Тимур. — Вот! «Работа курьером, оплата от 500 рублей за один клад, гибкий график, своевременная оплата». Это же жила, блядь!

— Если двадцать кладов по пятьсот рублей — это сколько? — нахмурился Павел.

— Это десятка! — быстро подсчитал Тимур. — А кладов можно делать и сорок, и пятьдесят. Да хоть сто!

— Впишемся? — спросил Павел.

— Альтернативы? — усмехнулся Тимур.

— Ну, давай… — вздохнул Павел.

Ему хотелось сразу много денег, чтобы хватало не только на наркотики, но ещё и на достойную жизнь. В данный момент это предложение выглядело для него лучшим на рынке.

Тимур открыл бота и стартовал его. Бот вывел его на юзера.

— Бля, требует скан паспорта… — произнёс он, немного пообщавшись с ботом. — Или денежный залог.

— А за что залог? — нахмурился Павел.

— Пишет, что даст нам мастер-клад, где будет дохуя наркоты, — ответил Тимур. — Ну, той, которую мы и должны будем раскидывать по городу.

— А сколько денег хотят в залог? — уточнил Павел.

— Пятнадцать штук, — назвал цену Тимур. — И где мы родим такую сумму?

— Вот это проблема… — произнёс Кузьмин.

То, что паспорт давать нельзя — это для них было понятно интуитивно. В этом бизнесе всё строилось на анонимности — это то, что они узнали о нём с форума о наркотиках.

— Слушай, давай у Алины возьмём? — спросил Павел. — Быстро раскидаем клады, заберём выплату, а потом вернём ей?

— Бля, не хотелось бы… — поморщился Тимур. — У нас же отношения…

— Да вернём же! — привёл довод Бродский. — Можем даже сверху накинуть, за риск.

— Трёшку сверху накинем, — решил Тимур. — Типа, не просто, как долбоёбы, заняли бабло, а дали заработать немного. Нормально же?

— Нормально, блядь! — заверил его Павел.

Далее Тимур связался с Алиной, которая ещё в Волхове Мосте, пообщался с ней минут десять ни о чём, после чего ненавязчиво попросил деньги, а та очень легко согласилась и даже сказала, что три тысячи сверху ей не надо.

— Всё, нормально, деньги есть, — улыбнулся Кузьмин, после того, как завершил вызов.

*23 ноября 2017 года, г. Санкт-Петербург, у Индустриального проспекта*

Мимо нервно курящих Тимура и Павла проезжал грузовой железнодорожный состав.

На часах десять утра, мастер-клад где-то там, на той стороне железной дороги, в какой-то тёмной будке.

Город накрыт туманом, в воздухе сильно пахнет прелой листвой, а внутреннее состояние у Павла было очень паршивым.

Пятнадцать тысяч рублей — это очень большой вес, за который можно присесть очень надолго. Он это отчётливо осознавал, поэтому ему сейчас было очень страшно. Не так страшно, как порой бывало во время перемыков, но очень близко к этому.

Состав проехал, стук стальных колёс удалялся, а Тимур и Павел никак не могли решиться перейти через дорогу.

— Пойдём? — не очень уверенно спросил Тимур, глядя на кирпичную будку, стоящую на той стороне. — Мастер-клад там.

— Пойдём… — так же неуверенно ответил Павел, точно так же пристально смотрящий на эту будку.

Видимо, тут что-то собирались строить, но потом передумали, а недостроенная будка осталась тут.

Они медленно прошли к будке, оглядываясь по сторонам. Из-за тумана было не видно почти ничего, что добавляло тревожности этой ситуации.

— Здесь кто-то насрал, ха-ха! — нервно хохотнул Тимур, указав на человеческое дерьмо, лежащее в углу будки.

Дерьмо было высохшим, поэтому это произошло тут не недавно.

— Вот здесь должно быть, — указал Бродский на доску. — Под дощечкой.