Одну локацию по несколько раз подряд они не использовали, но помечали их в календаре на будущее.

У них, на данный момент, было всего двадцать одно досье на локации, большую часть из которых они уже использовали и перенесли на следующий месяц.

«Долбоёбы…» — подумал Павел, уходя со «спаленной» локации и закуривая сигарету.

Оказывается, в городе есть люди, которые специально ищут закладчиков, чтобы их «наказать» или ограбить. Павел ещё не сталкивался с такими, но видел на наркофоруме истории со ссылками на видео, на которых наглядно показано, что именно происходит, когда «доброхоты» ловят курьеров.

Их схема работы показала эффективность, но больше всего Павел ценил в ней не то, что они делали от 60 до 100 закладок каждый, а то, что она добавляла ему уверенности. На каждой локации он был более «своим», чем любой мент или «доброхот», так как предварительно изучал её на предмет путей отхода или способов обмана преследователей, поэтому всегда, в любой момент времени, знал, что надо делать, чтобы смыться с локации максимально быстро.

С приходом зимы их КПД возросло кратно — когда выпал снег, ронять закладки стало намного проще и быстрее.

«Значит, иду сейчас в локу „Даст“ — она ближе всего», — подумал Павел, переходя дорогу. — «Но надо согласовать с Тимуром».

Он достал телефон и набрал друга.

— Алло, — заговорил он, когда установилось соединение. — Меня чуть не спалили, но я оперативно съебался — они даже не видели меня.

— Фух, а я уже испугался, — отреагировал Кузьмин. — Ты же был на «Эншенте», да?

— Я иду на «Даст», — предупредил его Бродский.

— Бля, я тоже туда собирался… — вздохнул Тимур. — Ладно, тогда я, после «Ойлрига», иду на «Нюк».

— Всё, понял, — ответил Павел. — У тебя сколько ещё?

— Ещё четырнадцать, — сообщил Тимур. — А у тебя?

— У меня шестнадцать, — сказал Павел.

— Выбиваешься, — неодобрительным тоном произнёс Кузьмин.

— Да меня чуть не спалили — трачу время на смену локи, — вздохнул Бродский.

— Бля, а сколько время? — спохватился Тимур. — Без шестнадцати девять. У нас есть час и четыре минуты, Пашкевич — надо всё раскидать и писать отчёт.

Отчёт у них тоже типовой — книга в Excel, с заранее подписанными ячейками, в которые нужно вставить только адрес и ссылку на хостинг картинок, на котором лежат фото клада.

Оптимизационные мероприятия проведены Павлом, который шарил в Excel и прочем офисе из-за того, что никогда не спал на информатике на первых курсах. И вообще, он относился к той категории людей, которые практически интуитивно понимают устройство пользовательского интерфейса.

— Успеем, — уверенно заявил Павел. — Ты, главное, цветы не забудь проконтролить.

— Не учи отца ебаться, ха-ха! — рассмеялся Тимур. — Цветы и женщины — это моя вторая профессия…

Они решили порадовать своих девушек заказными цветами — Павел посчитал, что это будет уместно.

Бродский прибыл на «Даст», где сразу же начал «ронять» закладки в заранее известных местах. Людей тут почти не было — уже время сидеть дома и ждать выступления президента, поедая при этом салаты и запивая их алкоголем или газировкой.

Родители хотели, чтобы он отметил новый год с ними, но он сослался на то, что уже договорился с друзьями, поэтому не получится. Отец не стал настаивать, хотя сказал, что мать расстроилась.

Последние две закладки Павел кинул просто в снег, с интервалом в сто пятьдесят метров — уронил рядом с образовавшимися лунками по еловой ветке, после чего сфотографировал результат и внёс данные в «Заметки» телефона.

На сегодня работа была завершена, поэтому он зашёл в ближайшее кафе, связался с Тимуром и сказал ему перекидывать его данные.

Включив ноутбук, он быстро подготовил отчёт и отправил его куратору.

— Алло, — принял он вызов от Тимура. — Что там?

— Давай, блядь, домой уже, — сказал тот. — А то я вспотел — пришлось побегать с последней закладкой.

— Я в «Квадрате», — сообщил ему Павел. — Это недалеко от «Даста».

— О, я почти рядом, — обрадовался Кузьмин. — Буду минут через десять.

— Алина придёт к одиннадцати, — напомнил ему Бродский.

— Успеваем, — вздохнул Тимур. — Ты отчёт отправил уже?

— Отправил, — подтвердил Павел. — Ладно, я тут кофе попью, пока жду.

— Мазя, — ответил на это Тимур и завершил вызов.

Бродский заказал себе кофе с миндальным молоком — он не знал, почему важно именно с миндальным молоком, но ему известно только то, что это считается круто в Москве. Да и стоит оно в два раза дороже, а это для него означало, что оно круче обычного в те же два раза.