— Кирилл, я не знаю, сколько времени потребуется…

— Давай я пойду с тобой?

— Нет, — Егор покачал головой, всё так же глядя на тёмный архипелаг больницы. Потом открыл дверцу, опустил ногу.

— Ты бывал здесь раньше?

— Нет, — Егор вылез из салона, Кирилл поспешно сделал то же самое, опёрся предплечьями о крышу.

— Тогда, может, мне лучше пойти с тобой? Я могу пригодиться. Имя моего отца-депутата может подействовать, если что.

Егор махнул головой:

— Не надо.

— Ладно, — Кирилл заставил себя не настаивать. — Но позвони мне, если понадоблюсь, хорошо? Сохранился мой номер?

— Да.

Егор глубоко вдохнул, обводя глазами тёмные здания, и свернул с обочины на тротуар, с него прошёл в открытые ворота больницы, скоро его силуэт растворился в отбрасываемых деревьями тенях.

— Я буду ждать, сколько влезет, — сказал Кирилл тихо, больше самому себе, чем ушедшему парню, — можешь не волноваться.

Он повернулся, прислонился спиной к кузову, от нечего делать разглядывая незнакомый посёлок. Интересного и примечательного в нём не было: неширокая прямая улица, приземистые частные дома полускрытые деревьями, кустами и темнотой, три или четыре фонаря на всё видимое расстояние, разбитая дорога со слоем пыли, похожий на ларёк магазинчик «Продукты», над дверями которого горела лампочка. Люди живут и в таком захолустье, не все же едут в большие города, а если бы ехали, то страна состояла бы только из мегаполисов.

Стало зябко. Кирилл отвлекся от тоскливого созерцания провинциального пейзажа и сел в машину. Закрывая дверь, он отметил радующий факт — здесь не водились комары, ну или они уже спали. Он пока спать не хотел, мысленно похвалил себя за дневной сон. А ещё его мысли возвращались к невероятному грядущему событию — сексу с Егором: каким он будет? Кирилл очень хотел сделать его фантастическим, таким, чтобы Егор захотел повторения. Правда, по принуждению доставить удовольствие вряд ли получится, это плохо.

Всю дорогу предвкушение будоражило, разливаясь тёплой истомой внизу живота, теперь у Кирилла встал, и он запустил руку в бельё и крепко сжал член. Глухой стон вырвался из горла. Калякин сильнее раздвинул колени, сполз на сиденье и провёл по стволу ещё. Он не собирался доводить себя до конца и спускать в кулак — только немного снять напряжение. Завтра вечером они с членом получат желаемое, о котором грезили несколько последних недель. Он переспит с Егором, с парнем — сейчас Кириллу эта мысль не казалась противоестественной и противной до блевоты. Наоборот, он был одержим этой мыслью, она каплями смазки выступала на чувствительной коже головки… на хуй Кипр!..

Сквозь заложившее уши наслаждение дрочки, Кирилл услышал голоса и открыл глаза. Из ворот выходили братья Рахмановы. Калякин жадно впился в младшего взглядом. Мальчик доходил Егору до плеча, был таким же тонким и черноволосым, только коротко стриженным. Он был одет в тёмные спортивки и футболку. Загипсованная правая рука висела на верёвке из бинта. Егор нёс в руках пакет, скорее всего, с вещами брата.

— …помогать тебе левой рукой, — пообещал Андрей и засмеялся. — Одной левой, прикольно, да, Егор?

Кирилл молниеносно вытянул руку из штанов и сел нормально, поправил ширинку.

— Прикольно, — согласился Егор, и в его голосе Кириллу послышалась огромная любовь к младшему брату, позволявшая не ругать его за перелом, не отчитывать за пережитые волнения, и за то, что скоро за поездку придётся расплачиваться собственным телом, как кабальному рабу. Егор и здесь вёл себя как взрослый ответственный глава семейства.

— А теперь давай, садись в машину, — добавил он, подводя к «Пассату», — и аккуратнее.

Но мальчик остановился, выпучив глаза.

— Ого, какая тачка! — он не послушался и с чисто детским любопытством обежал машину. — «Фольксваген Пассат»! Вот это да!

— Садись, — подогнал Егор и бросил извиняющийся взгляд на Кирилла. Он явно не вводил брата в курс дела о водителе и назначенной им цене, поэтому Андрей вёл себя раскованно. Калякина это устраивало. Он опустил стекло.

— Привет, малой! Давай, залезай. Руку только смотри не повреди.

— Привет, — откликнулся Андрей, не стесняясь рассматривать его. Егор открыл перед ним заднюю левую дверь.

— Садись, нам ещё в лагерь ехать. Времени два часа ночи.

Кирилл взглянул на часы — всё верно. Андрей уже залез в машину, переместился на правую сторону, а Егор, к сожалению, устроился рядом с ним, пакет бросил под ноги. В жёлтом свете загоревшейся при открытии двери лампочки Кирилл увидел, что братья не так сильно похожи на лицо, как по телосложению. Егор походил на мать, а Андрюшка тогда — на отца?

— Как руку умудрился сломать, малой? — спросил Кирилл до нельзя весело и дружелюбно: подружиться с младшим братишкой входило в план покорения старшего Рахманова.