Сначала был звук, со временем он трансформировался в буквы и стал напоминать слова.

– Юля, Юля, - звучал какой-то незнакомый голос. – Ты слышишь? Ты меня слышишь? Юля. Юля.

Малышка слышала, но пока молчала. Потом проговорила:

– Да.

И тут случился переполох. Кто-то с ней рядом подскочил и стал бегать кругами. Девушка чётко ощущала, что сидит на чём-то мягком. А на её плечах ночнушка или халатик. А ей самой лет 5 не больше.

– Где мама? – Первое что спросила она.

– Её здесь нет, - ответил голос.

– Я хочу к маме, - тихо заплакала Юля. И он её приобнял и стал гладить по головке.

– Не плачь, не плачь моя маленькая. Мама очень скоро приедет. Ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч.

– Когда? Хочу, чтобы мамочка пришла. Зачем она меня оставила одну? Хнык-хнык. Зачем?

– Юлечка, не плачь. Давай знакомиться. – Ответил голос.

– Давай, - сказала девочка и улыбнулась.

– Я дядя Карлсон, а ты?

– Я Юлечка.

– Очень приятно, - проговорил он поцеловал ей ручку шершавыми губами.

– А я тебя не вижу, - сказала Юля.

– Чтобы меня увидеть тебе нужно потерпеть.

Малышка расстроилась:

– Я не люблю терпеть.

– Придётся, - проговорил он и в этот самый миг острый как скальпель свет ударил ей прямо в глаз.

– Ай, ай, ай как больно, - заплакала она, закрыв глаза руками. Но всё равно её слепило жутко.

Она почувствовала на своих глазах бинты, которые медленно снимал с неё дядя Карлсон.

– Как жжет, - пожаловалась Юля.

– Терпи, - проговорил ей дядя и снял ещё один слой. Наконец он раскрутил последний, и гордо произнёс:

– Можешь открыть глазки.

– Нет, не могу, - надула губки Юля. – Очень больно.

– Не страшно, ты привыкнешь, - и он убрал её руки от глаз. Девушка постаралась приоткрыть один глаз, но её снова ослепил яркий свет.

– Ну почему так больно? – Злилась она на себя.

– Подожди, я выключу свет, – он хлопнул в ладоши, и стало темно как ночью.

Наконец мелкая смогла открыть глаза и разобрать едва заметный силуэт мужчины в темноте. Тот был огромным, в кожаных штанах и кожаные жилетке, а на голове носил косуху.

– Ты пират? – Испуганно спросила Юля.

– Ха-ха-ха, пират конечно, ха-ха-ха.

– Ой как страшно! Ой мамочка, боюсь пиратов.

– Не бойся, я хороший, - улыбался Карлсон.

– Хороших не бывает, - надула губки Юля. – Пираты все опасные и злые.

– Только не у нас, - он улыбнулся и похлопал себя по животу. – Здесь на Плутонии пиратская берлога. Мы здесь живём, а наши дети ходят в школу. Когда-то мы бороздили просторы галактики и подрезали грузы. А сейчас живём как обычные люди. Смотри у меня же не крюк вместо руки и нет деревянной ноги.

– Действительно, - окинула его взглядом Юля, ощупав его ногу. А он тем временем завороженно рассматривал её.

– Чего смотришь? – Не поняла она.

– Любуюсь. Ты красивая, - проговорил пират и включил яркий свет. Девушка зажмурилась опять.

Открыв глаза, она увидела бинты, и следы от катетеров на своих руках. Некоторые вены были заклеены пластырем.

Юля напрягла извилины, чтобы что-то вспомнить. Но получила боль в висках и никаких воспоминаний.

– Как я сюда попала?
– Прошептала она, оглядываясь по сторонам. Это было небольшое, но просторное помещение, посередине которого стояла детская кроватка. На полу валялись игрушки, буквально только купленные, с бирками ещё. В углу стоял паровозик, а окна плотно закрывали жалюзи.

Малышка осматривала свои исколотые руки, испуганно оглядываясь по сторонам. Её глаза, наконец, привыкли к свету, и больше не приходилось жмуриться. Свет проистекал от парочки тусклых лампочек на натяжном потолке.

– Где я!? – Спросила она громче и, подбежав к окну, убрала жалюзи в сторону.

– Не надо!
– Проговорил пират Карлсон. Он потянулся за ней, но не успел остановить.

Она уже стояла перед окошком, смотря на то, что было за. Там была глыба льда, огромная, прозрачная, сухая. Какая-то безжизненная отсвечивающая светло-голубым.

Девушка испуганно посмотрела на Карлсона.

– Дядя Карлсон, где я?

– Мы под землёй, - ответил Йоган, и тем ещё сильнее испугал малышку. Она округлила свои и без того большие глаза, и чуть не зарыдала.

– Не пугайся, тихо, - он подошёл и обнял её своими большими руками, прижав к себе посильнее.

– Как я, хнык-хнык, как мы здесь очутились, хнык-хнык. Я не хочу быть под землёй. Я хочу к маме, у-у-у-у-у, - заплакала она.

– Видишь ли, - но прежде чем Йоган успел ей объяснить, она ему сама всё рассказала.