— Кофе чёрный, без сахара. — подпрыгиваю на\месте от хриплого голоса мужчины. — Только не эти помои с машины. — кивает в сторону кофе машин.

— У нас кофе в кофеварке варят. — говорит Женя, причём не очень вежливо. — И вообще мы…

— Какой предпочитаете? Арабика, Либерика, Робусто.

— Покрепче, чтобы взбодриться. — судя по тому, что мужчина достал из кожаного портфеля, который принёс с собой какие-то бумаги, он собирался задержаться.

Киваю, хотя он этого и не видит, и быстрым шагом иду в сторону кухни.

— Я как бы домой уже планировала, ты чё его ни прогнала? — подбежав ко мне, затараторила Женя.

Я достала с полки турку и поставила её на плиту. В кофемолку засыпала свежих зёрен, нажала на кнопку пуск.

Я не слышала, что ответила мне Женя, да, в общем-то, и не хотела слышать. Превратив кофейные зёрна робуста в мелкую крошку.

— До закрытия две минуты. Ты не успеешь попить кофе, Мира.

— Я не себе. — отвечаю Таи, что уставшая и злая вышла из кабинета. — У нас посетитель.

— В смысле? Вы что, не сказали, что мы до девяти работаем.

— Я сказала! — уверенно и очень услужливо чеканит Женя. — Но Мире же на правила плевать.

— То, каким взглядом одарила Тая выскочку, Евгению, нужно было видеть. Мне как бальзам на душу.

Не то, чтобы я как-то предвзято относилась к этой девушке, нет. Даже то, что она попросила поделиться «холявушкой» меня не особо тронуло. Скорее, это её личностный конструкт, черта её характера. Не люблю людей, которые со всеми ведут себя по-разному. Кому нужно, подлизнут, кому не нужно, нахамят.

Тая приоткрыла дверь, ведущую в зал. Судя по тому, как девушка напряглась, выпучила глаза, а затем с застывшим каменным лицом вернула весь свой корпус обратно, снова подошла ко мне.

— Калинин? — голос девушки заметно просел.

— Он раньше у нас бывал?

— Нет, конечно. Для него это едва ли не клоповник. — поворачиваю голову, смотрю на Таисию непонимающим взглядом.

У нас очень приличное заведение. Не просто очень чисто, у нас дорогие столы и не пластиковые стаканчики, а хорошая, дорогая посуда, и сам кофе у нас отборный. Я уже полтора года работаю здесь, и не одной жалобы.

— У нас даже депутаты кофе себе покупают у нас.

— Ты про Донцова?

— Ну.

— Во-первых, он живёт рядом. Ему по пути. К тому же у нас лучший кофе в районе, если не во всём городе. Во-вторых, Донцов, друг Симоны Генриховны.

— И?..

— Да, права ты, права. Хорошо, перефразирую. Мелковаты мы для таких, как он.

— Ну, так понятнее гораздо. — кофе начало пенится и, наконец, поднялась нужная мне "шапочка", убавляю огонь, жду пару секунд, выключаю плиту.

— Ты его откуда знаешь?

— Я его не знаю. Вернее, не знакома с ним лично, просто знаю, кто он.

— Ясно. — делает паузу, после чего выдаёт. — Ты молодец. — говорит тихо. Почти шёпотом, и это едва ли не первая похвала с уст Таисии в мой адрес.

Женя же вытягивает шею, в надежде расслышать то, что мне сказала старшая смены. Выглядит смешно.

— Евгения, ты тоже можешь идти. Мирослава, если тебе нужно, то отнеси кофе и тоже…

— Я нормально, Тай. В смысле, останусь. Мне всё равно на вокзале сегодня идти ночевать. — прикусываю кончик языка, до привкуса метала. Вот идиотка. И почему я порой язык за зубами не могу держать?

— В смысле?

— Тараканов в комнате травили. Мне сегодня, завтра жить негде. — ну чего уже шифроваться.

Переливаю кофе с турки в дизайнерскую чашу. Пока горячий, нужно унести. Таисия понимает: это, отходит в сторону, даёт возможность мне пройти.

В дверях едва не сталкиваюсь с Женей. Как только Тая сказала, что она может быть свободной, она тут же зачем-то помчалась в зал.

Немного подрагивают руки, вдох, пытаюсь успокоиться. Неспешно ступая по белоснежному кафелю, медленно приближаюсь к мужчине.

Максимально аккуратно поставив чашку на стол, чуть в стороне, чтобы не дай бог не пролить кофе на разложенные по всему столу, документы.

Мужчина, не отводя взгляда от, очевидно, действительно очень важных бумаг, тянется за чашкой, подносит её к губам. Пара мгновений — глоток.

Всё же вздрагиваю, когда мужчина, оторвав взгляд от каких-то там, совершенно непонятных мне графиков, что так внимательно разглядывал мгновение назад. Сейчас он смотрит на меня в упор, переводит взгляд на чашку с кофе, которую по-прежнему держит в своей руке, и вновь на меня.