Светлана Викторовна не позволила мне возразить, буквально силком запихивая в открытый класс. И только взглянув на листок с заданиями, до меня, наконец, дошло, что от этого экзамена зависит не только мой аттестат, но и дальнейшее поступление в вуз.

Сделав огромное усилие, я заставила себя хотя бы на три часа сосредоточиться на решении математических задач.

Время экзамена подходило к концу, и помещение уже почти опустело, когда я в последний раз взглянула на бланк с ответами.

– Была не была. – Я отдала свой листок, возвращаясь в переполненную рекреацию.

Числовые пирамиды моментально отошли на второй план, и я принялась искать его глазами.

– Роз, ну, как? – налетела на меня Аделинка.

– Вроде все решила. А где Митя? – продолжала, как заведенная вертеть головой по сторонам.

– Митя? – Проследив за направлением моего взгляда, подруга удивлено поджала губу.

– Он не пришел, да? – У меня вырвался горький смешок, однако подоспевшая директриса вцепилась мне в локоть, опередив Аделину с ответом.

– Роза, пойдем. Нам надо поговорить.

– Вы меня обманули, да? – произнесла я ровно, стоило нам с Бодровой скрыться за массивной колонной.

– Да, – также спокойно ответила женщина.

– Но почему? – Мое сердце колотилось с такой силой, что норовило выпрыгнуть из груди.

– Участковый задержал Дмитрия на сорок восемь часов.

– Так он еще в участке? – произнесла я изумленно.

– Увы. Он проявил сопротивление, поэтому полицейский остался непреклонен.

Я не могла говорить, не могла кричать. Застыла, глупо тараща глаза, пытаясь осмыслить полученную информацию.

– Но он ведь еще может пересдать? – В душе вспыхнул крохотный отголосок надежды.

– Конечно. Осенью.

– Осенью?

– Да. Но до этого момента Дмитрий не сможет получить аттестат. Роза… – Светлана Викторовна сжала мое запястье. – Он сделал свой выбор. Ты умная девочка и не должна гробить из-за него свою жизнь.

Директриса удалилась. Оставив меня один на один с собой и своими мыслями. Какое-то время я еще стояла за колонной, отказываясь верить в происходящее. Все это напоминало дурной сон. Хотелось щелкнуть пальцами, чтобы он развеялся.

– «Куда ночь ушла, туда кошмар унесла», – пробормотала я пересохшими губами.

Наши хрустальные мечты не могли разбиться из-за глупого недоразумения. Митя все неправильно понял, накрутил себя, да и я хороша – согласилась станцевать медляк с совершенно посторонним парнем. Конечно, зная его темперамент, я должна была поступить иначе.

Шмыгая носом, я пыталась оправдать варварские методы любимого. Ведь если бы он подошел и всего лишь задал один-единственный вопрос, сейчас бы мы, держась за руки, обсуждали прошедший экзамен.

– Роза, мне очень жаль. – Нелли Корсакова обняла меня за плечи.

– Ты в курсе, да? – Во рту пересохло.

– Ну, все уже в курсе… – Блондинка неловко пригладила пряди идеальной прически.

– Неужели нельзя ничего сделать? Есть же резервные дни… – Я впилась в девушку взглядом, зорко следя за каждым ее движением.

Сердце при этом стучало, как отбойный молоток.

– Да, есть. Но Диму вряд ли до них допустят, по крайней мере этим летом. И отец, и Светлана Викторовна поручились за него после той некрасивой истории с Борисом Петровым. Когда новости про Воинова дойдут до Департамента будет скандал. Скорее всего, ему придется остаться в одиннадцатом классе. – Уголки персиковых губ Нелли дрогнули. – Говорят, участковый попросил записи с камер видеонаблюдения, чтобы во всем разобраться.

– Остаться на второй год… – повторила я, пытаясь осознать слова Нелли.

Мы обе понимали – Дима никогда не согласится. Эта новость просто его добьет.

Пожелав мне не раскисать, Нелли исчезла так же незаметно, как и появилась.

Я отвернулась, делая вид, что пытаюсь рассмотреть капельки конденсата на запотевшем окне. На самом деле ноги одеревенели, отказываясь подчиняться. Я просто моргала, уставившись в одну точку, пока не услышала противный смех за спиной.

– Какая ты, оказывается, любвеобильная, Пчелкина! Одного парня, значит, ей мало. Богатенького захотела? Быстро же ты, Розочка, по рукам пошла!

Повернувшись, я пристально посмотрела Краевой прямо в глаза. Моментально ощутила внутреннюю ярость, растекающуюся по всему телу, и мои пальцы сжались.

– А я говорила Димочке, не стоит с тобой связываться, ничем хорошим это не закончится. Жаль, дурачок не послушал. Как бы за решетку не схлопотал… – Стерва выдула пузырь жевательной резинки.

– Ты… ты… – Я сделала шаг вперед, готовясь кинуться на нее с кулаками.

– Молчи лучше, а то придется синяки замазывать, дура! – злобно прошипела Анька.