Тогда сама выжала черный квадратик звонка. Сперва ответом послужила гнетущая душераздирающая тишина, но спустя несколько секунд за дверью послышались шаги. Я вдохнула полной грудью, стараясь сохранить остатки хладнокровия, однако вместо Мити мне открыла его мама.

– Анастасия Викторовна, добрый день.

– Добрый? – Растрепанная женщина в застиранном махровом халате развязно щелкнула пальцем по горлу.

До меня вдруг дошло, что она еле стоит на ногах.

– А Митя дома? – выдавила я, втянув голову в плечи.

– А ты сама-то как думаешь? Будет он теперь дома сидеть! Ха! Держи карман шире! – Собеседница присвистнула, сопроводив свою тираду язвительным смешком.

– Понимаете, случилось недоразумение… – начала я путано объяснять.

– Недо… недо… что-о? – Анастасия Викторовна гортанно расхохоталась. – Пошла прочь, девочка! Чувствовало материнское сердце, ты парнишку моего загубишь! До тюрьмы доведешь. Так все и вышло. Малолетняя дрянь! Сама-то небось уже потираешь ручки – на бюджет место отхватила, а Митьке теперь придется портянки вязать да по стойке смирно горбатиться! В армию мой несчастный мальчик собрался. Г-о-р-е-м-ы-к-а мой! – Женщина заскулила, сползая по ржавой железной двери.

Ее халат распахнулся, обнажая края несвежей сорочки, на бледном лице проступили небольшие красные пятна. В воздухе повис тяжелый зловонный запах алкогольных паров.

– Анастасия Викторовна, не сидите здесь. Продуть может. Давайте я вам помогу… – Я робко протянула женщине руку, но вместо того, чтобы принять ее, услышала злобное:

– Прочь отсюда! Пошла вон! От тебя одни несчастья!

Развернувшись, я со всех ног побежала вниз по лестнице и через некоторое время оказалась у подъезда своего дома. С чувством обиды и горечи я зашла в квартиру и, скинув с себя верхнюю одежду, решила утопить свои неоднозначные эмоции в кружке чая.

– Роз, все в порядке? – Брат кашлянул, проводя ребром ладони перед моим лицом.

– Более чем. – Я равнодушно помешивала пятую ложку сахара в остывшем чае.

– Знаешь же поговорку: «Все, что ни делается, к лучшему»?

– Что? – переспросила я, пытаясь сфокусироваться на его лице.

– Я насчет Воинова. Может, ну его на фиг, и стоит присмотреться к кому-то более уравновешенному и надежному?

– Леш…

– Так, все, молчу-молчу! – Брат поднял руки над головой, попав под прицел моего убийственного взгляда. – Кстати, я вернул деньги на место. Прощу прощения за доставленные неудобства.

– Неудобства – это мягко сказано. – Едва сдержалась, чтобы не фыркнуть.

– Ладно, систер, скучно с тобой. Пойду к Мишке рубиться в контру. Приду до полуночи, не теряй!

За окном еще светило яркое солнце, а в моей душе все сильнее сгущались сумерки. Хотя часы продолжали тикать, по моим ощущениям время застыло. С уходом брата стало зябко и одиноко.

Я устала одной сражаться за нашу любовь. Увы, я не была знатоком военных дел. Да и зачем, когда рядом с тобой плечом к плечу идет настоящий защитник? Воин.

Почувствовала себя обманутой: ведь он обещал.

Тяжелее всего оказалосьсвыкнуться с мыслью, что Митя мне не доверяет. Неужели он мог всерьез подумать про нас с Азатом? Ведь я так безоглядно, слепо, по самые уши в него влюблена! В горле запершило, но я сглотнула вязкий комок.

– Хватит разводить сырость! – приказала сама себе. – А еще унижаться и бегать за ним. Захочет объясниться – знает, где меня найти.

Я перелистнула страницу давно начатого романа, пытаясь сосредоточиться на написанном, но минут через пятнадцать обнаружила, что держу книгу вверх тормашками. Вздохнув, я потянулась к телефону, на автомате открывая иконку с надписью Инстаграм.

В личке висело одно непрочитанное сообщение.

Мститель: Как жизнь? Давно не общались.

Меня бросило в дрожь и от ощущения образовавшегося сгустка в груди стало тяжело дышать.

Я: Неожиданно. – Набрала окостеневшими пальцами.

Он перестал писать с момента начала наших отношений с Воиновым, из чего я сделала вывод, что таинственный незнакомец и мой одноклассник-бунтарь – это один и тот же человек.

Все ждала, когда Дима хотя бы вскользь затронет эту тему, но он молчал, как партизан, а потом нас так закрутило в водовороте событий, что загадочная переписка практически стерлась из памяти.

Возможно, стоило самой поинтересоваться у Димы, для чего он прикрывался личиной другого человека? Однако памятуя все о том же взрывном темпераменте, не стала лезть на рожон.

А вдруг я все-таки ошиблась? Зачем подставлять малознакомого человека? В свете последних событий эта тактика теперь казалась абсолютно верной.